Автор
Встреча в самолете с неожиданным и необычным собеседником становится поворотной точкой в жизни главного героя. Он решает отбросить все предубеждения и открывается перед человеком, которого считал просто братом по оружию. Внутренние сомнения и страх смешиваются с неожиданными эмоциями при взгляде на мир через новое окно — окно жизни....
А вот диван и кровать – это, будьте добры, сами. Ну, и ладно. Выберу на свой вкус.
– Урка твой хоть рад, что ты к нему под бок переезжаешь?
– Не называй его так, Адиль!
Естественно, брат тоже был не в восторге от моих планов. Но у меня имелся один несомненный козырь – рассказ о том, кто и по чьей просьбе вытащил его жену с того света.
– Ладно-ладно. Уже и спросить нельзя.
Адиль забирает сахарницу, ставит на поднос блюдо с пирогом.
– Можно. И нет. Клим совершенно не рад. На меня со всех сторон давят. Вы, он…
– Молотов?
– Молотов на удивление сошел с радаров.
И это меня настораживает. Особенно потому, что в последнюю нашу встречу я была с ним очень резка. Не передать, как меня взбесило то, что он залез ко мне в сумочку. Или, может, я испугалась за Клима? Не уверена. В любом случае, это был край.
– Что у тебя с Дымом? И как вы вообще снюхались?
– Ты слышал, что я только что сказала? – намеренно привлекая к нам внимание, с силой выдергиваю свою руку из пальцев Молотова. – Тебя не касается моя жизнь!
– Сядь! – шипит Игорь, тайком оглядываясь.
– Пропал аппетит. К тому же я сказала все, что хотела. Мою и Валюхину трудовые пришлешь по почте. Адрес знаешь.
Я уже на полпути к выходу, когда до меня доносится:
– Не боишься?
Останавливаюсь, врезаясь каблуками в пол. Сердце колотится, как ненормальное. Мозг требует каких-то действий. Бей, беги, или замри, на худой конец. Закрыв глаза, отсчитываю пару секунд и все-таки возвращаюсь:
– А ты? Думаешь, мне не хватит сил тебя уничтожить? – холодно улыбаюсь.
– Значит, все-таки угрожаешь? – оскаливается.
– Предостерегаю от необдуманных действий. Поверь, я буду бить на поражение.
– Надо же. А ведь я тебе доверял.
– Я тебе тоже. Как сложно оправдать чье-то доверие, правда?
– Яська! Ну что ты творишь? – врывается в воспоминания голос брата. Я ойкаю, засовываю в рот обожжённые пальцы.
– Что за шум? – заглядывает в кухню Сашка.
– Яська обожглась. На, вот. Неси на стол, – отмахивается Адиль, вручая сыну поднос, а когда мы снова остаемся одни, настороженно интересуется: – Думаешь, Игорь в самом деле от тебя отстал?
Передергиваю плечами. Откуда мне знать, что у него на уме? Хочется верить в лучшее.
