Автор
Встреча в самолете с неожиданным и необычным собеседником становится поворотной точкой в жизни главного героя. Он решает отбросить все предубеждения и открывается перед человеком, которого считал просто братом по оружию. Внутренние сомнения и страх смешиваются с неожиданными эмоциями при взгляде на мир через новое окно — окно жизни....
Где бы я не была, чем бы не занималась, краем сознания я все равно фиксирую контекст, отслеживаю новости и другие события, которые в теории могут повлиять на рынки. К счастью, или к сожалению, я делаю ту работу, у которой нет ни конца ни края.
Спустя пару часов в приоткрытую дверь моего кабинета просовывается лохматая голова Валюхи:
– Ты на обед идешь, или сыта лапшой, что тебе зэк навесил?
– Выключай ехидну. Мы с ним свернули общение, сразу после того как я выпроводила тебя.
– По чьей инициативе? – подозрительно сощуривается Валюха.
– По моей. Так что? Давай в Семифреддо? Чего на Бали нет – так это достойной пасты.
– Неужели туда не доехали итальяшки?
– Может, и доехали. Но ведь не все итальянцы умеют готовить пасту.
– Ой, не знаю, не знаю.
– Ты мыслишь стереотипно. С таким же успехом я могла бы сделать вывод о том, что раз ты из деревни родом, то непременно умеешь доить корову.
– Так я и умею. Делов-то.
Резко торможу. Оборачиваюсь, недоверчиво глядя на Валюху, которая чуть не налетает на меня по инерции.
– Капец. Серьезно?
– Вот те крест. Хочешь, научу?
– Пока такой необходимости нет, но если что, буду иметь в виду, – смеюсь я, утыкаясь лбом в по-деревенски пышный бюст помощницы. Все же Валюха удивительная женщина. Шесть лет она живет в столице. И, конечно, при желании за это время такая умница, как она, запросто могла бы отточить свои манеры до того уровня, при котором местные снобы перестали бы воротить от нее носы.
– Я у коровы даже как-то роды принимала.
Ну, что тут скажешь? Я опять смеюсь.
Пообедать решаем на веранде. Мы с Валюхой не привязаны к времени перерыва и обычно приходим, когда основной наплыв гостей спадает.
– Я, наверное, буду равиоли и… Ой, бля! Ты только не вздумай оглянуться.
– А что там? – удивляюсь я.
– Там жена Молотова. Твою мать, Ясь, она, походу, топает к нам.
– Ты же шутишь, да? – каменею, чувствуя спинным мозгом чужой ненавидящий взгляд.
– Если бы. Не знаешь, что ей надо? – бормочет Валюха, делая вид, что мы обсуждаем меню.
– Понятия не имею. – Перевожу взгляд на официанта. – Мне к пасте – бокал вина. Нет, пожалуй, давайте бутылку.
– Ясмин…
Голос у нее мерзкий. Ну, или я предвзята.
