Над законом — читать онлайн бесплатно полностью

Мещеряков поморщился, услышав о немце.

– Ладно, немца этого найти – не фокус. В конце концов, обратятся в Интерпол...

– Я, конечно, в этом деле не советчик, но, по-моему, не стоит, – сказал Илларион. – Что, Интерполу больше делать нечего?

– Ага, – сказал Мещеряков, – понятно. Несчастный случай?

– Увы. Так вот, яхта как раз собиралась выйти в море, ждали только меня...

– Как удачно. И, конечно, дождались.

– Вот именно. Их человек, который меня встречал, был очень удивлен и раздосадован пропажей груза. Он даже не хотел показать мне дорогу к яхте.

– Но показал?

– Я его так просил!.. И тут, как назло, в грузовике отказали тормоза.

– Ай-яй-яй, – сказал Мещеряков.

Он давно привык к манере, в которой Илларион обычно излагал подобные происшествия, и легко додумывал то, о чем Забродов умалчивал. В этом полковнику помогала многолетняя практика: отчеты капитана Забродова о проведенных операциях невозможно было ни читать, ни слушать. Они представляли собой то эпические баллады, только что не рифмованные, то пару мимоходом оброненных слов типа 'все в порядке'. Он припомнил, как тогда еще полковник Федотов распекал тогда еще майора Мещерякова, потрясая перед его носом пачкой густо исписанных с обеих сторон листков. 'Что это такое?! – возмущенно кричал будущий генерал, обводя бешеным взглядом присутствующих, которые сидели с каменными лицами и медленно синели от душившего их хохота. – Вы только послушайте, что пишет этот ваш клоун! Где это?

Ага, вот. Цитирую. '.., и тогда доблестный батыр гвардии рядовой Рагимов Руслан Рашидович, затаив в груди огонь лютой ненависти против единоверцев, законы гостеприимства поправших и головы свои позором покрывших вовеки веков, разорвав на груди богатырской халат маскировочный, прыгнул на лютых недругов, подобно барсу...' Это что такое, майор? Вы не знаете?

Ах, вы не знаете?! Так вот, это рапорт капитана Забродова о разведке боем!

Помнится, кто-то тогда упал со стула, и вообще порядок пришлось наводить очень долго – все никак не могли просмеяться, передавали рапорт по рукам и хохотали, как гиены, только Мещерякову было не смешно, а наоборот, хоть плачь... А Забродову тогда влепили пять суток губы и личную благодарность командующего. Да и эти несчастные пять суток он так и не досидел – на следующий же день приехал за ним Федотов собственной персоной и освободил узника совести, потому как в тылу противника был он нужнее, чем на гарнизонной гауптвахте.

– Ты чего улыбаешься? – спросил Забродов и, не сдержавшись, широко зевнул.

– Батыра Рагимова вспомнил, – признался полковник."

"– Какого еще батыра? А, Руслана... Как он их тогда!... Я ему: стреляй, дурак, а он мне: патрон беречь надо, большие деньги стоит. И – прикладом...