Иван крупнее Варфоломея будет, но на первое время его вещи сгодятся, а после вызовем портного. Савва Никитич, если не ошибаюсь, одного роста с Игнатом Александровичем, только исхудал сильно. Служанки подгонят вещи по размеру.
Чтобы не афишировать информацию о появлении новичков в доме, Алим вызвал Гаврилу Силантьевича.
– Нина Константиновна, – мужчина по-отечески обнял и расцеловал в обе щеки, – как же я рад! Теперь все хорошо будет.
Полозьевы под присмотром Гаврилы отправились заселяться, а мы с Алимом остались наедине. Помощник прикрыл двери и развернулся ко мне. Добродушная улыбка исчезла, сменяясь праведным гневом. Молодой человек вытащил из брюк ремень, зажал в кулаке и потряс в воздухе.
– Я обещал выпороть? Я слово держу! А ну, иди сюда, негодница. Понимаешь, как мы волновались? Как попала в Кречетов даже спрашивать не буду. Но кто дернул разбираться с разбойниками в одиночку?
Коляска пришла в движение, и я опасливо отступила. Прежде не замечала за Алимом бурного проявления эмоций. Он не шутил и всерьез собирался всыпать ремня. Замахнулся.
– Послушай, обошлось же, – отпрыгнула, защищая драгоценную часть тела от наказания, – бить детей непедагогично! И, вообще, что тут происходит? С чего вдруг брат вызвал Клима на дуэль?
– А с того, что княжич прилюдно оскорбил Игната, обвинил в клевете и укрывательстве, грозился рассказать правду о происхождении, – ашкеназец не оставил попытки добраться до многострадальной искательницы приключений и колесил на инвалидной коляске следом за мной, – что оставалось делать, если Клим Григорьевич слушать ничего не хотел? Будто с цепи сорвался, требовал выдать тебя, чтобы немедленно заключить брак. Дескать, это единственное, что спасет Демидовых, или Стужев уничтожит род. На увещевания о твоей гибели в ледяном квартале, твердил, что это наглая ложь.
– Проклятье! Какая муха его укусила? Мы ведь передали князю кристалл с признаниями Степана. Он спасибо сказать должен, что заговор не удался и наследник Стужевых выжил.
– Такое впечатление, что Григорий Климентьевич кристалл не получил, – Алим так звучно щелкнул ремнем по краю стола, у которого я стояла, что невольно подпрыгнула.
– Значит, отправим запись еще раз и объясним ситуацию. Уй! – потерла спину пониже поясницы, зацепил все-таки.
– Слушать ничего не хочет. Пробовали уже. Ультиматум выставил: выдать голову Игната и тебя с клятвой верности роду, или князь идет на штурм и сам возьмет, что нужно.
– Не понимаю, откуда такая уверенность, что я выжила? – задумалась, и пропустила еще один чувствительный шлепок.