Автор
Нина сбежала от убийц и защитила родной дом, потеряв близких. Она обрела дар и отверженного родственника Игната, который стал ее семьей. Теперь им предстоит использовать свою родовую силу для мести и борьбы за свое будущее.
– «Девушка должна быть чиста помыслами, душой и телом, должна любить мужа и быть готовой разделить его судьбу», – озвучил Александр Закарьевич.
– «Ага, – сообразила, что здесь духи без труда читают мысли, – а что будет, если невеста не соответствует хотя бы по одному пункту?»
Духи не ответили, но и так понятно, ничего хорошего. Нет, вы посмотрите на них! Осуждать никого не собиралась, но это ханжество. К мужчинам рода подобного требования никто не предъявлял. Наоборот, разрешалось заводить до трех жен, и при этом до свадьбы они не жили монахами. Многоженство распространилось во времена войн, когда защитники гибли на полях сражений и возникал дефицит генофонда. Однако, на минуточку, Игната вышвырнули из рода, как ненужную вещь, а задачу по возрождению рода взвалили на плечи девятилетней девочки. Нормально? Ну уж нет, дорогие родственнички! Примите Лизу, как миленькие, иначе…
Внутренний монолог не ускользнул от внимания предков, им не понравилось тыканье носом в собственные ошибки. Вон как ощетинились.
– Иначе найду благословение в другом месте! – высказалась вслух, отчего Игнат всполошился и вопросительно уставился на меня.
Однако не до объяснений, позже расскажу подробности. Лиза достойна брата, как никто другой. Рядом с этой девушкой он будет счастлив. А то, что она оступилась по наивности и доверчивости, так и что теперь?
– Да, прадед твой Александр с прабабкой, – специально выделила последнее слово, – Елизаветой, просят невесту привести на смотрины. Но только чистую девушку им подавай, со всех сторон достойную! Вот я и пригрозила, что обратимся к другому источнику, у которого нет пиявок, присосавшихся к дармовой силе, и считающих себя вправе выдвигать условия. Если так важна сохранность рода и сильные наследники, чего ж тогда позволили провести отречение?
– Они могут навредить? – нахмурился брат.
– Могут, ведь для благословения обоим придется ступить в источник, а я еще не глава, чтобы контролировать происходящее.
– В таком случае, без благословения обойдемся, – презрительно скривился, – прожил без поддержки десять лет, значит, и дальше справлюсь.
После этих слов Александр Закарьевич прозрачным сделался, и Елизавета губы надула, что прабабкой обозвала. А чего на правду обижаться? Прабабка и есть, а прадед для возрождения рода двух жен завел, чтобы ускорить процесс. Если меня в главы пророчат, двух мужей теперь заводить, что ли? Игнат втрое старше, намного быстрее детишек наплодит, пока вырасту.
