Автор
Жизнь обычного человека кардинально меняется после внезапной женитьбы его возлюбленной. Он надеждой полна и уверена в своем выборе, но неожиданно все рушится из-за обмана и измены. После смерти жены — ошеломленный бредом и разочарованием, он продолжает бороться за свою жизнь, скрепляясь надеждой на лучшее....
— Тебе сказать точную дату?
Боковым зрением вижу, как Даня склоняется к столешнице, упираясь в нее обеими руками. Поворачиваюсь к нему и вижу его напряженные руки и полуусмешку, блуждающую на лице. Замечаю, как проступили вены на внешней стороне ладоней. Его тело обтягивает тонкая ткань футболки, а я не в силах отвести взгляда.
Я стала называть его Даном, потому что Даня слишком нежно, слишком… интимно, что ли. И я не позволяла себе называть его именно так. Больше нет."
"Он замечает мой оценивающий взгляд. Улыбается и движениями хищника двигается ко мне.
— Я хочу, чтобы это было навсегда.
Сейчас его голос не такой, каким был год назад. Он лишен эмоций, чувств. Расчетливый, отстраненный и насмешливый. Таким он был весь этот год, и такой сейчас.
— Ты же знаешь, что навсегда не будет, — касаюсь его щеки, легонько перебирая пальцами по колючей щетине.
— Знаю, — все тем же голосом. — Нужно быть идиотом, чтобы рассчитывать на это.
— Зачем ты так? — шепчу в перерывах между его ласками.
— А что? Разве неправда, Лена? Тебе это неинтересно, — проводит губами по шее, касается мочки уха и слегка прикусывает. Обвивает мою талию руками и сжимает, притягивая к себе. — Ты хочешь секса и денег, Лена… — грубый голос заставляет отрезветь и вылезти из дурмана чувств.
Глава 32
Я не знаю, как смог забыть все, что между нами произошло. Я просто выбросил это из головы и остался рядом. Мне она была нужна. И я не хотел думать о том, что было.
Мне удавалось, но в редкие моменты я срывался и с улыбкой на лице напоминал ей о том, какая она. Не давал забыть. Понимал, что она после всего не останется со мной, что это ее напрягает, но ничего не мог с собой поделать.
Она целовалась с другим и хотела его. Как это можно простить?
Но и отказаться от нее не мог. Подозревал постоянно. Старался ходить с ней почти везде, даже в магазин и то ходили вместе. А если куда-то Лена шла одна, я старался звонить ей каждые полчаса или следить.
Да, глупо, да, некрасиво и неправильно, но… что мне оставалось? Носить рога и дальше?
Мы не обещали друг другу любви до гроба, но я хотел, чтобы она была верной мне хотя бы то время, что мы будем вместе. Потом она вольна идти куда хочет и делать, что пожелает.
И это приносит новую боль.
После того случая Диму я так и не видел. Друзья говорили, что он уехал. Никому ничего не сказал, собрал вещи и скрылся. Отчасти я был рад, но и хотелось поговорить.
