Надэя, хозяйка Шорхата, читает загадочные письма от дедушки, подозревая их связь с строительством крепости. Ее беспокойство растет, когда король приказывает явиться на дворец к зимнему солнцестоянию. Внутренняя борьба между Надэей и ее мужем обостряется, привнося в жизнь Шорхата неизвестность и напряжение....
И это было правильно. В конце концов, им здесь жить, им здесь править. По крайней мере, до тех пор, пока их действия находят одобрение у императора.
Назад возвращались уже в потемках. Мое положение не позволяло мне насладиться верховой ездой на любимом коне, пришлось довольствоваться единственной нашей каретой, которую слуги содержали в идеальном порядке.
Я чувствовала себя совершенно измотанной. Эта поездка вытянула из меня все силы, как и необходимость постоянно быть вежливой и гостеприимной. Улыбаться и кивать в ответ на бесконечные разговоры, когда единственным желанием было плюнуть на все приличия, зевнуть во весь рот и просто рухнуть на мягкую постель.
Нет, нельзя. Ни в коем случае нельзя позволить себе ни малейшей слабости, чтобы не пошатнуть репутацию Николь. Слишком много здесь голодных глаз, жаждущих занять его место, взвалить на себя ответственность не только за крепость, но и за Шорхат. Я вижу их, чувствую их нетерпение и плохо скрываемую зависть. Они мечтают о власти, о контроле над этим процветающим местом.
Их можно понять. Крепость стала не просто военным укреплением, а настоящим перекрестком, новым центром притяжения. Сюда стекаются не только солдаты, но и торговцы, привлеченные возможностью наживы. Это золотая жила, и многие хотят ее заполучить.
Но я не позволю им. Николь как никто другой заслужил это место, и я сделаю все, чтобы его репутация осталась незапятнанной. Сейчас, когда на моих плечах лежит не только бремя наследницы Шорхата, но и ответственность хозяйки, я просто не имею права на ошибку.
Карета мерно покачивалась, убаюкивая меня своими скрипами и поскрипываниями. За окном мелькали темные силуэты деревьев, сливаясь в сплошную черную массу. Луны не было, и лишь редкие звезды пробивались сквозь плотную завесу облаков, даря слабые проблески света. Я откинулась на мягкие подушки, стараясь расслабить напряженные плечи.
В голове все еще звучали обрывки разговоров, смех, комплименты, пустые обещания. Все это казалось таким фальшивым, таким утомительным. Я чувствовала себя марионеткой, вынужденной плясать под чужую дудку, говорить то, что от меня ожидают, а не то, что я действительно думаю.
Вспомнилось лицо матери, ее строгий взгляд, полный невысказанных в свое время требований. Она всегда говорила, что мое положение обязывает.
