Так началось мое образование, за что я была очень благодарна отцу."
"С утра до самого обеда тан Ронар учил меня читать, писать и считать. С математикой у меня проблем не было, она ничем не отличалась от той, которая была в моем родном мире. Лишь отличались названия цифр и их написание. Как ни крути, но два плюс два всегда будет четыре. А вот с чтением и письмом у меня были большие проблемы. За три недели учебы я только смогла выучить все буквы алфавита и их произношение.
Язык юраккешцев чем-то был похож на смесь итальянского и французского языков. Мягкий, пластичный, я бы даже сказала музыкальный с ярко выраженной интонацией. Даже гортанное «р» его не портило.
Только вот было одно «но». Жирное такое, мозолящее глаза. Своим написанием он походил на арабский язык. Нет, не манерой письма с права на лево, а количеством дополнительных внутристрочных, надстрочных и подстрочных знаков для различения сходных букв, для обозначения гласных, их отсутствия и удвоения согласных. Если в местном алфавите было сорок шесть букв, то в письме каждая буква могла преобразовываться пять раз!
Было трудно. До слез и истерик. Больше месяца у меня ушло, чтобы я смогла на зубок выучить написание каждой буквы и ее положение вначале слова, в середине и в конце. Отчего-то читать было легче, чем писать. Даже тот факт, что моя учеба началась в начале лета, не угнетал меня так сильно, как невозможность запомнить написание буквы в слове.
Отдельная эпопея была с письмом. Необходимо было непросто вывести букву на бумаге, но сделать это красиво и ровно, без клякс и помарок. А как это сделать, если здесь писали пером и чернилами?! Тан Ронар заставлял меня переписывать весь лист, если видел хоть одну незначительную помарку!
У меня ушло больше трех месяцев, чтобы научиться бегло читать и красиво писать. Я с успехом сдала свой первый экзамен в новом мире, который принимал самый строгий и дотошный экзаменатор – мой названный отец. Видела в его глазах гордость и похвалу.
- Замечательно, дитя мое! Ты справилась с первым испытанием!
Каково же было мое облегчение, когда пожилой учитель попросил меня задержаться после экзамена и выдал новые книги, написанные на общепринятом языке. Это могло означать лишь одно – моя учеба продолжается!
За три месяца я выучилась всему, что он пытался вбить в голову Данару целых два года, поэтому взрослыми было принято решение начать изучение нового языка, а так же истории и географии.
