Автор
В жизни героини героиня находит себя вовсе не хорошей, а непривычной и вызывающей. Внезапно возникающие конфликты с бывшим мужем и его новыми любовницами заставляют её задуматься о праве быть просто самим собой. Героиня решает раскрыть свою истинную натуру, не жалея ни ощущений, ни собственных интересов....
Интересно, его невеста не возражала, что рядом с женихом крутились четыре подкаченные задницы в стрингах?
Соня бы возражала… ой, как возражала бы.
Но Крис не был её женихом. И парнем не был. Вообще никем.
Так что Варганова хваталась за любую возможность заняться делом, только бы не сидеть дома и не топить печаль в слезах. Встречалась с друзьями, восстановила старые связи по художке, познакомилась с интересными людьми, развивавшими арт-пространства города, кои за последний год всходили на просторах Питера, как грибы после дождя.
А теперь вот Лианка подкинула ей очередную «работу». Так и сказала: «Нужен человек с безукоризненным английским».
«Так это ж про меня», - ответила Соня."
"Они поржали вместе, и вот спустя пару дней Сонька ехала в студию, которую спецом оборудовали для подготовки к фотовыставке приглашённого Назаром, братом Лианки, парня. Назар на него чуть ли не молился, по его словам там восходила яркая звезда концептулизма, чуть ли не новый Даниель Бюрен и Корнелия Паркер в одном лице.
Соне было по фиг, пусть там хоть сам дьявол восходил, ей просто надо было отвлечься.
Ну, и бесценный опыт никто не отменял. В конце концов, после окончания колледжа именно этим она и планировала заняться – бизнесом в сфере искусств, организацией выставок, проект-маркетингом и прочей около искусствоведческой темой.
Стояла середина июля, жара была в самом разгаре, и уже в десять утра пекло нещадно. Лёгкий бриз с Невы и Обводного чуть облегчал положение дел. Соня закинула в рот барбариску. Только ими и спасалась.
Мама, правда, волновалась, что Сонька таяла на глазах. Стройность превращалась в худобу, а визуально положение ещё месяца два, как минимум, заметно не будет.
На проходной, которая не ремонтировалась годов с семидесятых, у Соньки попросили удостоверение личности и выписали постоянный пропуск. Направили в конец коридора к лифтам и объяснили, как дойти до студии.
Здесь было темно, и старая пвх-плитка поскрипывала под ногами. В целом здание казалось безлюдным и немым, а древний лифт грохотал, как вагонетка в шахте, пока поднимал её на последний этаж.
Нужная дверь нашлась довольно быстро и оказалась приоткрытой. У Сони был с собой ключ, который она уже приготовилась достать из сумочки, но раз не требовалось, застегнула молнию, поправила ремешок на плече и с лёгкой улыбкой заглянула внутрь.
