Автор
Не уступая близлежащим домам, странный квадратный деревянный дом выглядывает из-под оконца и тут же отворачивается обратно. У входа в этот дом сидит девушка в цветастой кофте — как будто она ждет кого-то. В руках у нее торчит пустая коробка для почты. Я медленно приближаюсь, стараясь не выдать ни своей присутствия, ни своего недовольства тем, что моя посылка все еще где-то там, за углом.
А нашим чего, у нас денег совсем не платят, ну и приехали сюда камень бить, мостовую ложить. А вы чего хотите?
Я улыбнулся:
– Ты, наверное, мороженое любишь?
Девочка похлопала ресницами, потом захихикала:
– Во, вы меня небось за пятиклассницу приняли. Мороженое, оно, конечно, неплохо, но после работы устаешь как собака, лучше коньяку шарахнуть.
Я разинул рот.
– Мне девятнадцать лет, – уточнила девчонка, – и ваще, давай знакомиться, Мадлен.
– Какое красивое имя, – решил я подольститься к собеседнице.
– Вообще-то, в паспорте Мария стоит, только Мадлен шикарней звучит и хозяину нравится, – призналась девица.
Я еще раз окинул взглядом красное, щедро украшенное блестками платье и сапоги-ботфорты и поинтересовался:
– Вы, Мадлен, работаете проституткой?
Она хмыкнула:
– Не, стриптиз пляшу в клубе «Голубой зайчик». Попадаются иногда клиенты, но в основном зарабатываю танцами, я артистка.
– Очень приятно, разрешите представиться – Иван Павлович Подушкин, ответственный секретарь общества «Милосердие». Мне хотелось бы угостить вас чашечкой кофе с коньяком, если, конечно, вы соблаговолите пройти со мной в ресторан.
Мадлен улыбнулась:
– Ты симпатичный и внешне ничего, пошли.
Я шагнул было в сторону гибрида капуччино с пельменной, но девушка схватила меня за руку.
– Не, к нашим не надо, там чистая рыгаловка, пошли к кнедликам.
Услыхав второй раз непонятное слово, я не утерпел и задал вопрос:
– Кто такие кнедлики?
– Чехи, – засмеялась Мадлен, – кнедлики – ихняя еда национальная, они ее так расписывают, ну прямо вкуснее не бывает. В какую жральню ни зайдешь, везде одни кнедлики в меню. Я из любопытства попробовала и скажу тебе: никогда не ешь. Больше всего они напоминают толстые оладьи из картошки, перемешанной с манной кашей, прям тошнит. Но кофе чехи делают классно, может, просто насыпают в машинку по норме? Наши-то жадятся, так и норовят два зерна в кофеварку сунуть. Двигай за мной.
Уверенным шагом Мадлен ринулась по улице вверх, я поспешил за ней. В отношении кнедликов абсолютно солидарен с Мадлен. Я имею в виду национальное блюдо, а не людей. Помнится, в ресторане с трудом проглотил кулинарный шедевр.
Когда хозяйка выбранного моей спутницей заведения принесла кофе, коньяк и пирожные, Мадлен деловито сказала:
– Мой час стоит сто долларов, плати и пользуйся.
– Но я хотел лишь поговорить.
– И че? Время-то займешь.
Я признал ее правоту и кивнул.
– Хорошо.
