Крам хотел воспользоваться моей наивностью, но вместо этого я сломала его принципы и жизненные устои. Нам удалось построить свою личную жизнь, но кому-то она пришлась не по душе, и на нашу долю выпало много испытаний.Удастся ли нам выстоять? Или жизнь все же разведет нас по разным дорогам?...
"
"— Как вы связались с Никольским? Откуда знали о его желании мстить? — снова спросил Филиппенко, помечая что-то у себя на бумаге.
— А мы как раз подготовку вели к встрече выпускников, так и встретились. Он начал жаловаться на судьбу, проскользнула знакомая фамилия, и мы поняли, что именно нас связывает. Ему мешал Крам, а мне Мия, и мы решили друг другу помочь. Допрос окончен?
Я вздохнул, ошарашенный всем, что сегодня узнал, и бросив короткий взгляд на друга, молча поднялся и вышел из кабинета. Хотелось вдохнуть свежего воздуха.
Я вышел на улицу. В лицо ударил прохладный весенний воздух. Почти конец марта. Неужели эта весна принесет нам счастье? Неужели новый день впустит в наши жизни что-то чистое и светлое? Принесет с собой радость и тепло. Хотелось бы в это верить. Потому что мы так долго шли к своему счастью, что уже просто боимся что-либо загадывать.
Сейчас главное то, что все враги наконец-то там, где им и место. Они сами выбрали свой путь, и жалеть я никого не стану. Они убили моего ребенка, подвергли опасности жизнь любимой женщины, едва не покалечили мою сестру. Хотели убрать с дороги меня. Разве этого мало? Кажется, мы с полна заплатили за свое счастье, мы его заслужили и очень надеялись, что в будущем нас ждут лишь светлые моменты. А эта троица отсидит за то, что натворила.
Спустившись по ступенькам, я присел на парапет, и обратил внимание на виднеющийся за еще пока голыми ветками деревьев красивый багровый рассвет. Как часто мы не замечаем природной красоты, сражаясь за свое счастье и каждый день куда-то спеша. Но сегодня мне кажется какое-то особенное утро, возможно потому что я ощущал наступление чего-то хорошего и нового. Я действительно мог выдохнуть, зная, что все обидчики наказаны. Поехать сейчас к своей малышке, обнять ее и сказать, как сильно я ее люблю.
— Крам! — обернулся на голос друга, выбежавшего из здания отдела полиции. — Отдыхаешь?
— Выдыхаю! Что там?
— В общем этим двоим светит большой срок. А Миронюк отказывается говорить пока не увидит Виталину.
— Да еб… что же такое!
— Придется Виталинку привезти сюда, как только она выздоровеет. Сам бы не хотел, но чем быстрее Вика сознается, тем скорее все закончится.
— Согласен.
