Младшая дочь О'Хайри, Леди О'Хайри, находит себя в непривычной роли главного злодея — она играет роль графиня Дракона в шутке жизни. В кабинете папы терять лицо нельзя, поэтому все происходит под прикрытием ловушки для дамы, которую он решил посесть в этом доме как живое пятно....
Но…
– Он и слушать ничего не захотел, да? – я горько усмехнулась. – Не пара дракону, да? А что так, Дерек? Чем так оплошала?
Обида моя росла как снежный ком. Вся жизнь рушилась.
– Чем, Дерек, я тебе не пара? – вскрикнув, почувствовала, как слезы подступают к глазам.
Ощущала себя той самой красивой, ценной вазой, которую разбили и смели осколки в совок.
– Ты мне пара! – Он снова сделал шаг ко мне. – И мне не нужно одобрение отца. Я на тебе женюсь, просто нужно вырасти! Потерпеть немного…
– Потерпеть? – мне вдруг стало так смешно.
– Ты можешь мне написать? Адрес знаешь, – тихо произнес он, смотря себе под ноги.
– Ты же сам понимаешь, что я этого никогда не сделаю! – я покачала головой. – Я люблю тебя, Дерек Смони. Люблю с той самой минуты, как ты поймал меня, падающую с дерева, и нес до дома на своей спине.
– Натали, – он поджал губы. – Я прошу, ты можешь тайно написать…
– И подвергнуть себя осмеянию? – Мне было так горько в этот момент. – Разрушить репутацию? Стать посмешищем для окружающих? Сколько человек увидит это письмо прежде, чем оно попадет в руки твоему отцу? А он… Вручит ли его тебе или вскроет и, вдоволь насмеявшись надо мной, сожжет его в камине? Скольким разнесет сплетни почтальон, доставляющий корреспонденцию? Нет.
– Я не знал, что отец собирается сделать! – он подбежал ко мне и обнял.
Сильные руки стиснули меня, прижимая к мальчишечьей груди.
– Клянусь, Натали, я и подумать не мог, что он способен на такую подлость. Я тебя найду! – прошептал он, обжигая мое ухо дыханием. – Клянусь! Только не выходи замуж. Дай мне десять лет! Мне будет этого достаточно.
– Нет! – я снова покачала головой, хватая его рубашку и сжимая ткань в ладонях. – Твой отец оставил мою семью без родного дома. Моя мама плачет, Дерек. Вы нам враги! Я буду помнить тебя… Но не более.
Вырвавшись, я отошла от него на несколько шагов.
– Десять лет! – он сжал челюсти и посмотрел так, что на мгновение стало страшно, сколько ярости было в этом взгляде. – Умоляю. Я разберусь с отцом! Я все исправлю. Все верну.
