Младшая дочь О'Хайри, Леди О'Хайри, находит себя в непривычной роли главного злодея — она играет роль графиня Дракона в шутке жизни. В кабинете папы терять лицо нельзя, поэтому все происходит под прикрытием ловушки для дамы, которую он решил посесть в этом доме как живое пятно....
– Нет, если согласишься спать со мной в одной постели, Натали, тогда мы сможем протопить камин на полную, укрыться двумя одеялами и согревать друг друга. А утром я поеду в город и найду мастера.
– А если не найдешь? – Я разглядывала осколки стекла, под которыми уже начала скапливаться дождевая вода.
– Сниму комнату и на несколько дней увезу тебя туда, чтобы в тепле была. Сам займусь этим безобразием. Но это уже крайности, уверен, что хотя бы заколотить окно удастся. А сейчас я натяну что-нибудь, чтобы ветер не проникал в дом.
– Я помогу, – спохватившись, ощутила, как мужские руки, обхватив меня за талию, развернули в сторону спален.
– Нет, ты сейчас пойдешь и ляжешь отдыхать. И не спорь. А я все здесь закончу, уберу внизу и присоединюсь к тебе.
– Но, спать вместе…
– Женюсь, – перебил он меня. – После такого только в храм нам и дорога. Не стой на сквозняке, Натали, заболеешь.
Мне ничего не оставалось как подчиниться. И главное, я больше даже внутренне не возмущалась мысли провести с ним ночь в одной постели.
***
В его спальне оказалось довольно чисто: ни разбросанных носков, ни рубашек, свисающих со спинок кресел. Это определенно красило моего дракона. В камине весело трещал огонь, рядом обнаружились и сложенные дрова. Их оказалось действительно не так уж и много, в моей спальне было припасено куда больше.
Ясно, значит, заботился сначала обо мне, а уж о себе – как получится.
Пройдя вперед, я сняла с плеч плед и, сложив его на кресло, осмотрелась.
Улыбнувшись, прошла до стола. Книги. Бумага, чернильница, перья. Отдельной стопочкой промокашки. Старые документы на пожелтевших листах. Пыльные. Я сдвинула верхний и приподняла бровь. Почерк отца. Я хорошо его знала. Неровный, со сдвигом вниз.
– Мерзавец! – я с трудом погасила вспышку гнева.
Отец! Он обманул нас с матерью! Никто не забирал этот дом – он сам откупился им, погашая свои долги. Сам! И обязался освободить поместье за один день тоже сам!
– Какой же ты мерзавец, папочка!
Меня мелко трясло. Я годами ненавидела Дерека и его отца. Винила их во всех бедах своей семьи.
