В мире бесконечной информации и технологий, каждое событие оставляет свой след. Наемники – это люди, которые находят эти скрытые истины. В мире этих людей повсюду прячутся неизвестные факты, а каждый новое открытие рушит равновесие веков.
Не подводила только память, но что толку? Да, Айла прекрасно помнила, что не преодолевала никаких возвышенностей, – от горного плато до того места, где она решила повернуть назад, шел постоянный пологий спуск, значит, возвращаясь, она избрала неверное направление?
Куда же идти теперь?
Айла почувствовала страх.
Все-таки нужно подняться на возвышенность, пока достаточно энергии в накопителях и исправно работает сервомускулатура. «С господствующей высоты я точно сумею сориентироваться», – решила она, чувствуя, как полуосознанный ужас заставляет сердце биться часто и неровно.
«Неужели я такая слабая и глупая»? – со злостью подумала Айла. На самом деле она зря укоряла себя в беспечности. Комплексы боевого терраформирования действительно являлись вершиной генной инженерии военных лет. Искусственные посадки, сочетающие в себе десятки видов генномодифицированных растений, изначально рассчитывались на противодействие всем типам планетарной техники противника, – по существу, лес представлял собой гигантскую ловушку, способную остановить продвижение серв-соединений, нарушить связь между боевыми единицами, разделить их, снизить темп продвижения, а затем и уничтожить.
В подобных лесах действовали автономные сервомеханизмы, решающие узкие, специализированные задачи. Основные коммуникации военных баз, расположенных на планетах с биоадаптивными маскирующими комплексами, располагались под землей, исключение составляли только посадочные площадки для космических кораблей, где применялись стандартные электронные средства маскировки, такие как фантом-генераторы или эмиттеры статиз-поля.
Айла угодила в одну из опаснейших ловушек, но пока не догадывалась о истинных масштабах угрозы.
…
Она все шла и шла, небо совсем помрачнело, затем внезапно начался проливной дождь, крупные капли влаги, змеясь, стекали по забралу гермошлема, невнятный шелест древесных крон обманчиво успокаивал, сумрак, царящий в лесу, теперь играл тонами серого и черного.
Айла остановилась, преодолев очередной участок подъема.
Слой почвы под ногами стал значительно тоньше, кое-где из-подо мха выступали потрескавшиеся, выветренные фрагменты скальной породы.
Деревья высились сплошной колоннадой стволов, их обвивал плющ, нередко, преграждая путь, сплетаясь с кустарниковым подлеском, от нижних ветвей разлапистых крон свисали тонкие, усеянные острыми шипами лианообразные растения.
Выступы скал… Я недалеко от гребня какой-то возвышенности… – переводя дух, подумала она.
