Автор
В Книге "Наглый. Дерзкий. Родной" начинается новый день, полный невысказанной злости и непреходящего раздражения — именно такой атмосфере привыкать ждет читатель в мире Кати и Стаса, где каждый шаг нарушает покой.
– Ну а как ты хотел, Скиртач? Хочешь идеальную женщину – надуй ее сам. А ты объективно накосячил. Ничему я вас не научил, да, Мотя?
– Научили. Я ее ничем не обидел, наоборот, помогал. Только как собака теперь, все понимаю, все знаю, а сказать не могу.
– Да, не хотел бы я на твоем месте оказаться. Но и ты, Мотя, голову иногда врубай, а то, что на метр ниже, вырубай и хорошо подумай, правда оно тебе надо или нет. Катя не ветреная девчонка-студентка, она серьезная дамочка, к тому же у нее ребенок. Так что если начал – иди до конца.
– Федька прикольный малый.
– Ага. На тебя в детстве похож, – согласился тренер, – я, дай бог сил, и его настоящим мужиком воспитаю. Только ты, Скиртач, меня не понял. У нее ребенок, и он в приоритете, понимаешь, о чем я? Если встанет выбор между кем угодно и сыном, она выберет Федора.
Я думал об этом. И понимал, что просто жениться – это один уровень ответственности. А жениться на женщине с ребенком – другой. Выше.
Я не был готов заменить пацану отца, тем более, по моим данным, отец у него есть и он принимает участие в воспитании Федора.
– Роберт Леванович, а если бы у вашей Авроры был ребенок, вы бы на ней женились?
– Я? Да хоть тройня, и все Иннокентии. А вот ты готов к такой ответственности?
– Роберт Леванович, хватит меня проверять, – улыбнулся я. – Мне нравится Катя, очень нравится. И сын ее не помеха, наоборот, с ним весело. Я не уверен, что готов стать отцом, но другом я ему быть могу и хочу.
"– Ну вот, узнаю свою школу, – выдохнул тренер. – Что дальше планируешь делать?
– Мне завтра нужно на работу вернуться.
– У вас, царей, рабочая неделя ненормированная? – понятливо хмыкнул Роберт Леванович.
– На эти-то сутки еле отпросились.
– Ты когда Катерине правду планируешь рассказать?
– Не знаю, по обстоятельствам. Больше ничего не могу сказать, и так подставился по самое не могу.
– Да уж, я с твоими тайнами тоже так подставился, что теперь в палатке ночую.
– Не понял, – округлил я глаза.
– Что ты не понял, Скиртач? Женское любопытство – движущая сила этого мира. А наши с тобой дамочки еще и умные, к сожалению. И ты, паразит, мог бы и не так креативно появиться из воды, Афродита несчастная. Думаешь, эти два Шерлока не сообразили, что я с вами в сговоре?
– Сорян, – повинился я.
– Тебе «сорян», а моя жена явно училась проводить допросы у лучших.
