Автор
Квартира выглядела неожиданно знакомо — обиталище друзей и их супруги. Но теперь полка заполнена женской обувью, чего раньше не наблюдалось. Испуганный путешественник задумчиво ставит ботинки на место, когда замечает нечто непонятное в тихой атмосфере старого дома.
Внутри всё взвыло от боли – пальцы Феликса побагровели как чертовы маки, которые мне не посчастливилось лицезреть сегодня утром.
– Люди отца уже здесь! У вас нет шансов! Думала, твой батя просто так проходил реабилитацию в этой больнице?..
Я моргала, не отводя взгляда от раны на ноге. Из нее струилась кровь. Кап. Кап. Кап.
– …А ведь он любил тебя… Правда любил! Ты сама всё испортила, подписав вашей никчемной семейке смертный приговор! Нужно было сразу порешить Железнова-старшего! Я говорил ему… Но отец помешался на тебе: «Она бриллиант! Она возглавит мою коллекцию!» Даже заставил лететь на чертовы съемки в Сочи!
– Можешь делать со мной всё, что хочешь! Только отпусти её! – прохрипел Феликс, пытаясь подняться на ноги.
– Лучше не рыпайся, баскетболист! В этой больничке ведь и морг есть… – Максим смахнул пот со лба. – Я так и знал, что каскадер разыграл чертову аварию! Тем хуже для него. Вряд ли уже придет в себя после лошадиной дозы снотворного…
Ноги задрожали. Воздух стал сажей: я не могла вдохнуть.
Предатель говорил и говорил… До меня вдруг перестал доходить смысл его слов. Парализовал страх за ребёнка. Очертания окружающего размазывались."
"Дверь прямо за его спиной начала медленно открываться. По мере того, как зазор становился больше, внутренние крылья прорастали наружу.
– …Я предупреждал, что ты глупая, как пробка! Даже когда с твоим отцом случился инфаркт, с радостью прыгнула в наш самолет!.
Я перестала дышать.
Из-за двери вышел Эд. Целый и невредимый. Любимый остановился прямо у психопата за спиной и, не отрывая озабоченного взгляда от моего лица, поднес указательный палец к губам.
– …А потом ты и вовсе его добила – залетела от тупого каскадера! – Цветков хохотнул и в ту же секунду взвыл от боли.
Эдик действовал беззвучно, зарядив уроду кулаком в затылок. Удар был такой силы, что Макс повалился на пол, выронив пистолет. Феликс завладел оружием, пока я, обливаясь слезами, приросла к месту.
– Эдик… ты… живой… – Уже через секунду оказалась в плену теплых рук.
– Теперь у меня есть ради кого жить…
Несколько мгновений мы общались без слов. Мы спасены. И больше никогда не расстанемся даже на день. Никакой он не Бес. Он ангел.
Слышишь, малыш?! Твой папа – ангел! А ты дан богом…
– Ты очень вовремя… – простонал Феликс, подползая к Цветкову. – Он в отключке… – резюмировал брат, проверив пульс на шее мужчины.
