Автор
Девушка с ледяным характером и дерзким языком случайно портит машину богатого хама. Вместо извинений начинается война — острые слова, взаимные оскорбления и неожиданное притяжение. Романтическая комедия о том, как враги становятся друг другу судьбой.
Выдернула один из них и, сладко улыбаясь, сказала:
- Последний писк моды, как раз для Вас!
Пожала плечами и забрала чехол. Что-то мне подсказывало, что вечер предстоит тот ещё.
После того, как мне, по указанию костюмерши, уложили волосы в высокую башню, прошла в спальню. Надя вертелась перед зеркалом, придирчиво рассматривая себя. На ней было надето жемчужное атласное платье в пол с открытой спиной, локоны присобраны лаконичной заколкой на одну сторону. Даже у меня отпала челюсть:
- Вау! Выглядишь потрясно!
- Спасибо. Я тебя потеряла.
- Да, я в универе была, опять всё пропустила.
- Ну, самое интересное впереди. Что там у тебя, показывай.
Я бросила чехол с платьем на кровать и потянула молнию вниз. Затаив дыхание, мы с Надей следили за пластиковым бегунком. Наконец, я высвободила вешалку и извлекла ЕГО. Несколько секунд мы рассматривали содержимое чехла в полном молчании. Наконец, Надя прошептала:
- Это что, шутка такая?
Я пожала плечами и склонила голову набок, не в силах оторвать взгляд от платья:
- Думаешь, с ним что-то не так?
На плечиках висело нечто очень короткое, яркое и пёстрое. Приглядевшись, я поняла: рисунок платья в точности повторяет павлиний хвост. Причудливые капельки зелёного, жёлтого, бирюзового и синего. Ткань плотная, тяжёлая, тонкие бретельки, понизу опушка зелёного цвета.
Надя с опаской покосилась на меня:
- А тебе нравится?
- Слушай, я мало что понимаю в этом. Но, если сравнивать с тем, что нам выдавали раньше, оно ммм… выделяется.
- Так, знаешь, что, - Надя ловко выхватила у меня из рук платье и затолкала его обратно в чехол. – Пошли-ка, попробуем поменять.
Поменять не вышло: оставшиеся наряды уже увезли. Пришлось примерять то, что есть. Надя уверяла меня, что часто вещь плохо смотрится на вешалке, зато на человеке сидит прекрасно, но это оказался не тот случай.
Кричащее платье едва прикрывало ягодицы. Тяжёлая материя тянула вниз. Тонкие бретельки больно впивались в плечи. Зелёная опушка щекотала бёдра и отвлекала. В дополнение ко всему этому пёстрому великолепию шли кроваво-красные ботфорты. Смотрела на себя в зеркало и понимала: даже я, с полным отсутствием вкуса, вижу, что это ужасно. Надя прижала ладони ко рту и молчала. По громкой связи передали, чтобы все собрались в гостиной. Я двинулась по направлению к выходу, но соседка загородила проход:
- Ни шагу! Стой, где стоишь! Я сейчас. – И выскользнула прочь.
Я снова принялась пялиться в зеркало, словно от этого платье могло перестать быть столь отвратительным.
