Автор
Странное утро начинается с одного звонка — абонента, чей голос вызывает страх и раздражение. Черные тюльпаны приснились перед каждой проблемой, теперь это предвестники беды в количестве 41 штук. Каждый новый звонок — новая гора на пути к решению.
Есть приятельские отношения, но до доверительных откровений им далеко."
"Я мысленно попыталась просчитать — сколько девушек он назвал, так сказать, знакомыми. Здесь так же присутствует критерий: моя личная знакомая, знакомая друга. Становится ли знакомая друга его личной знакомой в виду особых обстоятельств, например совместной ночи, он не уточнил. Однако количество знакомых (которых он в диалоге не делит на своих и чужих) по моим скромным подсчетам перевалило за 50 и это лишь за одну неделю знакомства и три встречи.
Слишком сдержан, умен, богат, изранен. Изранен уместно. Если я начинаю хватать воздух губами, то он в свою очередь при столкновении с не слишком приятной темой или воспоминаниями действует иначе.
Вопрос был о родителях, и общались мы по телефону, болезненность вопроса вылилась в едва заметное заикание. О семье с тех пор не спрашиваю, для начала раскроем менее близкий круг приближенных к нему людей — друзья.
Коллеги не в счет. Положение хозяин и подчиненные прослеживается строго по вертикали, без панибратства, но с барскими замашками.
— Не считай чужих денег, — одернула я себя и продолжила мысленный просчет господина МЧ.
— Итак, о страстях: редкие книги, скоростные авто, монеты, фильмы… было что-то еще. Может, новинки техники? — Я перебрала в памяти все обрывки. — Новинки вычеркиваем. Азартные игры, компьютерные игры, девушки, сигареты, выпивка, драгоценности?
Драгоценности — да, а именно камни, в фаворитах — бриллианты.
Прекрасная тема для следующей встречи.
Прозвенел звонок.
— Савельев, — сказала Алика.
— Соедини.
Щелчок и приветливый голос Сани обдал меня своим теплом.
— Привет, кроха! Чем маешься?
— Не поверишь, наслаждаюсь!
— И это на работе?! Малыш, немедленно расскажи, что это, ибо перед моими глазами проносятся картины одна лучше другой. — Мгновенно перешел на шепот.
— Можешь не шептать, — промурлыкала я, — из-под стола он тебя вряд ли расслышит.
— Даже так?! — молчание на том конце провода затянулось.
— Шалунья! — выдохнул он. — Как ты его уговорила?
— Он рвался сам. — Заверила я.
— Сам?! — опешил Савельев.
— Да, именно так. Просила же, не дари!
— Постой, МЧ я тебе не дарил!
— А кто говорит об МЧ?
— Но… — На том конце началась бессильная атака с несостыковками.
