Автор
Странное утро начинается с одного звонка — абонента, чей голос вызывает страх и раздражение. Черные тюльпаны приснились перед каждой проблемой, теперь это предвестники беды в количестве 41 штук. Каждый новый звонок — новая гора на пути к решению.
"
"Послышался звук открываемой двери в разделительный тамбур, затем открылась и ведущая в мою обитель.
Трудно сказать, у кого глаза были более удивленные — у Вадима — прораба или у парня, что стоял рядом.
— Здрасте. — Сказал Вадим. И я моргнула. Посмотрели мы друг на друга, от чего у меня явно произошло 100 % покраснение. А он продолжил будничным тоном. — Лежим? Хорошо лежим, не холодно?
— Ууу… — простонала я, видя его приближение, и как он старается не наступить на мои документы.
— Жива.
— Хмык. — Снова я.
— Идти не можешь, разговаривать тоже. Нервное, да?
Я снова моргнула.
— А раз ты здесь не для занятий со стояком, то, Коль, ты принимайся, — обратился он к парню, — а я сейчас вернусь.
Смутно помню, как очутилась в кабинете прораба. Кажется, шла я самостоятельно, а вот поддерживать меня и нести мои вещи пришлось Вадиму. Меня усадили на софу с длинной историей, что ее, как антиквариат индийского происхождения, красило.
В голове постепенно стало проясняться.
— Столько событий за один день. — Начал говорить Вадим, внимательно поглядывая на меня. — Неудивительно…
— Что, голова пошла кругом?
Он кивнул и опустился на стул рядом.
— Чай, кофе, коньяк, водка, текила, мартини?
— Ты уже предлагал. Я отказалась и за последние пять минут все еще не передумала.
— Это не предложение, а перечень.
— Того, что в наличии? — я отложила стакан и легла, с трудом подтянув ноги.
— Нет, недостающего. Может, мне девочек позвать? Посидят рядом до тех пор, пока машина приедет.
— Я девочками не увлекаюсь.
Вадим не привык к моим шуткам, поэтому некоторое время внимательно на меня смотрел.
— Не нужно. Не хочу предстать в подобном виде. Руководитель должен быть в форме.
— Даже если он не в форме.
— Или без формы…
— Шутишь, — улыбнулся он — Полегчало?
— Нет, еще знобит, но на этой кушетке не может не полегчать.
— Я ее восстановил.
— Лежу на «восстании из пепла».
— Вполне живописно лежишь.
— О, да! Представляю этот видок. Заостренный нос, бледная кожа, помятая одежда и волосы, сбившиеся в гриву.
— Огромные лихорадочно блестящие глаза, нездоровый румянец, аристократическая бледность и романтическая дрожь.
