Автор
Странное утро начинается с одного звонка — абонента, чей голос вызывает страх и раздражение. Черные тюльпаны приснились перед каждой проблемой, теперь это предвестники беды в количестве 41 штук. Каждый новый звонок — новая гора на пути к решению.
Я позволила себе расслабиться и заснула во время просмотра фильма, забыв о душе и о постели. Около половины двенадцатого ночи в дверь позвонили. Прошла на кухню умылась, соображая, кто это может быть. Под второй протяжный звонок, сообразила. Ринулась к зеркалу, причесалась и как школьница бросилась открывать дверь для МЧ! Он ведь из аэропорта, вдруг решил заскочить проведать!
Счастливым голосом, открывая замок поинтересовалась. — Кто там?!
— Я.
Кирилл… крылья за плечами растворились сиюсекундно. Ключ застыл в моих руках после первого щелчка.
Не хочу открывать, что ему нужно в полночь?
Мог позвонить и вообще!
— Открывай, — что-то в его голосе заставило насторожиться. — Я тебя слышу, Поля… — Раздалось из-за двери. — Поля, я не уйду!
— Ненавижу, эту Полю! — вот собственно с этим молчаливым воплем я открыла двери.
Не зря не хотелось открывать. Он еле-еле стоял на ногах и в данный момент опирался на косяк, с трудом фокусируя взгляд мутных карих глаз. В руке бывший крепко держит плюшевого медведя, очевидно, того самого, что хотел подарить Соне.
— Зачем приехал?
— Глупый… вопрос.
— Не глупее поступка, ну.
— Тебя повидать. Раньше… не пришлось.
— Работа.
— Раабоота. — Согласился он. Качнулся в сторону и опять прилип к косяку.
Пьян. Не просто пьян, а основательно. В квартиру не пущу, перебьется. Увести бы его. Господи, за что мне это «счастье»?
— Стой здесь. — Скомандовала я.
— Почему? Я… я дома.
— Да-да, ты у меня еще квартиру отними и будешь дома. — Подумала и промолчала. Спорить бессмысленно. Вернулась в прихожую, взяла куртку, сумку, ключи, влезла в кроссы и вышла.
— Зачем? — повторил Кирилл. — Зачем… выходишь?
— Пошли, узнаешь. — Брать под руку или не брать? Не брать, как-то ведь он сюда поднялся, на третий этаж, спустится. — Водителя отпустил?
— Я на такси, — глухо ответил Кирилл, и немного задержавшись наверху, все же начал спускаться. — Там вечер закатили, я с него к тебе… вспомнил твои глаза, твои… а ты! Я приехал… к тебе.
— Теперь ясно, что тебя сюда привело. Глаза. Мои. Вот уж не думала… — По сердцу резануло, вспомнилось, как он эти самые глаза лживыми серыми лужами называл. Сколько презрения он на меня вылил. Сколько боли было, сколько времени и сил на развод потрачено, и на тебе!
— Так, где ты сейчас живешь?
— Это не важно! — огрызнулся Кирилл.
— Что важно?
— Хотел тебя увидеть, и Соню… Сонечку.
— Медведь ей.
