Автор
Странное утро начинается с одного звонка — абонента, чей голос вызывает страх и раздражение. Черные тюльпаны приснились перед каждой проблемой, теперь это предвестники беды в количестве 41 штук. Каждый новый звонок — новая гора на пути к решению.
Ну же, Полина, ты замерзла.
— В этом нет необходимости, пусть водитель включит отопление.
— Не включит. Иди ко мне.
— Даже если я попрошу?
— Даже если разверзнется небо и на нас прольется праведный гнев.
— Вам не кажетс, что это немного чересчур.
— Мне не кажется. Мы на «ты», не забывай. — Подмигнул. — Иди ко мне, упрямая моя.
Осталась сидеть на месте. А как иначе, я по первому зову не бегу. Он стремительно наклонился и, ухватив за колени, притянул меня к себе. Кожаные сидения в авто — ненавижу.
— Полегчало? — поинтересовалась я.
— Нет. Еще. — С этими словами он водрузил меня на свои колени. Проверяя сохранность груза, его руки прошли от лопаток к бедрам и замерли там. — Зачем сердиться? Так сложно было сделать, о чем прошу?
— Да сложно. В нашей ситуации это, — я указала на нас, — неприемлемо.
— Приемлемо. Ты замерзла. Я решил тебя согреть.
— Где?
— Это провокационный вопрос? Или мне предоставляется возможность указать на значительно подмерзшие участки?
Под его пристальным взглядом и я свои подмерзшие участки тоже определила.
— Скромница, — он разнял мои руки от груди, — прижмись ко мне и мы убьем двух зайцев сразу.
Прижаться? К нему, после всего… всего?! К черту мое чувство одиночества! Дважды уговаривать не нужно. Я прильнула, совсем о приличиях забыв. Давно так беззаботно не прижималась к горячей мужской груди. Возникшие образы из шальной молодости отогнала вопросом. — Каких зайцев?
— Твой холод и меня.
— В смысле? — Ой! Зря спросила. Потому что теплая мужская грудь тут же приобрела крепко обнимающие мужские руки и настойчивые губы.
— Дорогая, сопротивляйся для приличия…
Я утонула в его поцелуе забыв ответить.
— Говори мне нет. — Его губы спустились к моей шее. — Категоричное нет… Эти поцелуи и объятия неприемлемы… Мы вести себя так… не должны.
Это его «неприемлемо» в данный момент я превосходно чувствовала. И целовался он великолепно, так что пока говорил, я по мере сил возвращала поцелуи.
— Сам виноват, зря пригрел на груди.
— Что ни слова против того, что происходит сейчас? — он медленно погладил мою спину и заинтригованно спросил. — Совсем?
— Нет. — Решила воздать ему по заслугам тем же страстным способом — закрыла рот поцелуем. Во мне проснулась шкодница. Макс влип…
Кажется, об этом он уже догадался. Меня отстранили от теплой мужской груди. Отстранили, какая жалось. Ладно, повожу по ней пальчиками, пуговку расстегну.
