Ноги устают быстро, они предательски тянут меня вниз, но я не сдаюсь. Бегу быстрее, слыша, как за спиной раздаются голоса, вскрики, приказы.
Слышу гром, заставивший всё вокруг затрепетать. Небо вспыхивает белым ярким светом. Затем на моё голое плечо падает капелька воды. Начинается дождь. Я ругаюсь себе под нос вперемешку со слезами, накопившимися от отчаяния. Не сворачиваю, продолжаю бежать вперёд, к дороге, простирающейся вдоль леса, совсем недалеко.
Но внезапно раздаётся выстрел.
В первую секунду я принимаю его за раскат грома, но сразу за этим громким звуком следует острая боль в районе ноги. Из горла вырывается глухой крик. Не удержавшись на этот раз, я падаю в мокрую траву, поцарапав ладони о камни. Стараюсь ползти вперёд, а боль с каждым движением становится всё более невыносимой. Оборачиваюсь, убирая мокрые волосы с лица, чтобы увидеть, что происходит сзади. Вижу, как вдалеке, со стороны здания, ко мне направляются маленькие кружочки света, становящиеся всё ярче и ярче. Это люди, державшие меня в плену, бегут ко мне с фонариками. Нехотя опускаю взгляд и вижу, как нога истекает кровью.
Они стреляли в меня. Они попали в ногу.
Я стону от боли, сжимаю губы, чтобы не кричать, и ползу вперёд, прилагая максимальные усилия, чтобы оставаться в сознании. Дыхание сбивается, становится прерывистым, шум дождя заглушает все остальные звуки, но я отчётливо слышу собственное сердцебиение.
Нога болит сильнее, угрожая лишить меня возможности шевелиться. Сейчас именно движение – мой единственный способ спастись. Погода, будто издеваясь над моим и без того ужасным положением, становится хуже; холод накрывает голые плечи и ноги, ветер бьёт в лицо вместе с ледяными каплями дождя.
Я понимаю, что выхода нет. Осторожно встаю на ноги, больно вонзив зубы себе в губы, и мычу от боли. Слёзы текут по щекам сами собой. Стараюсь несильно наступать на раненую ногу и, ковыляя, продолжаю идти к лесу, сжимая в правой руке пистолет. По пути оглядываюсь назад, чтобы понять, где находятся мои преследователи. Они далеко. У меня есть время спрятаться в лесу.
Добираюсь до него, стараясь не издавать громких звуков, хотя дождь отлично маскирует моё мычание и плач, поэтому сильно по этому поводу беспокоиться не приходится. Бегу вглубь леса, руками проверяя путь, облокачиваясь на стволы высоких деревьев, а потом и спотыкаясь об их же толстые корни, выбирающиеся наружу. Однако мне удаётся удержать равновесие. Каким-то чудом я всё ещё иду вперёд.
– Она в лес побежала!
Голоса становятся ближе.
Я тороплюсь, пытаюсь унять колотящееся сердце в груди и прогнать страх из головы. Он легко притупляет разум, и найти выход уже не удастся, дай я ему хоть один шанс на существование в моей голове.