– Если Вистан отдал дочь другому мафиози, он не думал о том, чтобы связать и Гая с дочерью главы из какой-нибудь другой преступной организации?
– «Могильные карты» мало с кем дружат. Тем более не до такой степени, чтобы связывать наследника с дочерью кого-то из тех, кто находится снаружи. Отчасти это даже опасно для Харкнессов. Особенно породниться с кем-то таким же могущественным.
– А какие вообще мафиозные кланы существуют в Америке? – спрашиваю я, продолжая занимать Зайда беседой.
Удивительно, но он не отнекивается и, отпивая моментами пиво, отвечает мне на вопросы.
– В Штатах много преступных группировок, но не все они такие крупные, как «Могильные карты». Из крупных известны Пять семей Нью-Йорка, филадельфийская мафия, чикагская, Детройтское партнёрство, нью-орлеанская мафия…
Решаю вернуться обратно к разговорам о Харкнессах:
– Что насчёт дедушки Гая? Отца Вистана. Как он погиб? Были ли у Харкнессов вообще случаи, когда босса убивал кто-то сторонний?
– Были, хотя и редко. Имея такую власть, ты практически окружаешь себя стенами из денег, которые летят как пыль в глаза чуть ли не всему государству. Охрана – важная часть этих «бессмертных». В основном все боссы умирали по естественным причинам, хотя и ходят такие разговоры, что преступники долго не живут. Это правило как-то обходило Харкнессов стороной.
– Расскажи о тех, кто умер не по естественным причинам. И как затем происходил выбор человека на место босса? На него сажали автоматически наследника?
Наверное, я задаю слишком много вопросов за раз. Зайд хмурится, глядя на меня, прикусывает губу, двигая пирсинг языком туда-сюда, будто эти движения помогают ему лучше думать.
– А нахуя тебе эта информация? – спрашивает он.
– Хочу разузнать всё о своей новой семье, – невинно хлопаю глазами я.
– Хочешь сделать что-то с Вистаном? Убить? Покалечить? Не думаю, что это хорошая идея. Это хуёвая затея. Таким способом ты только подставишь Гая. Он ненавидит своё происхождение и точно не намерен занимать место своего ебаната-папаши.
– Вот я и хочу выведать информацию, чтобы придумать способ избавиться от этого папаши, не сажая Гая на его место.
– Нихуя у тебя не выйдет. Не обижайся, но я не верю в тебя.
– Спасибо, но мне и не нужна твоя вера.
Зайд снова фыркает, а потом вздыхает, дав понять, что уклоняться от вопросов он не намерен, даже если они его и не устраивают:
– У Харкнессов, несмотря на некоторые договорённости с полицией и политиками, всё же есть границы, которые переходить нельзя.