Автор
Утром поднимаюсь по лестнице в полутемную квартиру, переодеваюсь и захожу в крохотный душ. Вода окунает меня в теплую инертность, а затем стужа приводит тело в готовность для дня. После пары минут расслабления выхожу из душевой кабины — утро уже не просто начало дня, это переход между двумя частями суток....
— А вам известно, Марина Евгеньевна, — шепчу ей на ухо, — что при длительном применении больших доз, возможно развитие хронического отравления бромом, проявлением которого как раз является депрессивное настроение?
— Мне известно, что я вам наступлю сейчас на ногу. Нажму так сильно на какую-нибудь китайскую точку, что вам мало не покажется.
— Зря ты так, Мариш. Я ведь скучал по тебе, — беру прядь ее волос и наматываю на палец. — Очень скучал, ну по нормальной тебе, а не той мымре, которая два дня на меня даже не смотрела.
— С детства ненавижу людей с завышенной самооценкой, вам корону лопатой не пора ли сдвинуть? Могу помочь, — убирает мою руку и отходит подальше к столу.
— Ладно, я понял, тут на лицо неврастения. Надо помочь тебе нашим любимым массажем. Иди сюда, моя хорошая, — тяну Марину за руку на себя и зарываюсь руками в ее волосы. Черт, как же приятно-то. Нет, не буду ждать никакую неделю, сегодня же свалю пораньше с работы и заберу ее с собой.
— Мне кажется, вы снова переигрываете, Марк Михайлович. Это не похоже на точечный массаж, вы просто копошитесь у меня в волосах. Что вы там ищите? Вшей?
— Ты очень романтичная, лапа моя. Но нет, я считаю сколько там у тебя осталось волос. Это шутка, если что. Вообще я ищу специальную точку у тебя на голове, зовется она бать-хой.
— Шли бы вы, батенька, на хой, — отталкивает меня в грудь и поправляя волосы, идет к шкафу.
— Марин, ну тебе не надоело?! Ну правда, что не так? Если я тебя обидел-прости.
— Я сказала не лезть ко мне, и никаких Мариш и прочего. Забудьте, Марк Михайлович, — накидывая халат, на одном дыхании произносит Марина. — Между нами только рабочие отношения. Вы уже набрали выписки?
— Нет. Сядь и работай, а не жопой крути перед Орловым и другими.
— Я не…
— Рот закрыла, Марина Евгеньевна, села за компьютер и начала набирать выписки.
Допиваю залпом остывший кофе и выхожу из ординаторской. Рабочие отношения значит, ну получишь ты у меня рабочие отношения, выть будешь, а потом еще сама об обратном будешь просить.
***"
"Не выла и не просила. Собственно, вообще ничего. Пусто. Я был почти уверен, что после выходных у нее вкрутится какой-то вылетевший из головы винтик, но нет, какой была, такой и осталась.
