Автор
День, когда ты делаешь то, что предстоит последнее и первое. Грустный день, наполненный тихим предвкушением. Впервые проверяла почту родителей и в последний раз, а также писала новый адрес на посылках — заполненных книгами и пластинками, вызывающих недовольство у почтальона. На похоронах дедушки ты смотрела на самого важного человека в своей жизни с грустью и оптимизмом, ждя чего-то нового....
Выключив воду, Тамсин тянется за полотенцем и оборачивает его вокруг меня. Нежно меня вытирает, а я повторяю то же самое с ней.
– Если хочешь, я возьму нам завтрак в кафе, – предлагаю я.
– Было бы здорово! Но ты не боишься, что там начнут задавать вопросы?
– Что ты имеешь в виду?
– Наверняка они удивятся, что ты делаешь в этом районе так рано утром, хотя на работу тебе нужно.
– И что? – Я по-прежнему не понимаю, в чем проблема.
– И тогда тебе придется им либо соврать, либо рассказать, что ты провел ночь со мной, – смущенно улыбается она.
– А ты не хочешь, чтобы они об этом узнали? – спрашиваю я, потому что постепенно начинаю понимать, к чему ведет этот диалог. Я немного разочарован, что Тамсин хочет сохранить наши отношения в секрете, но, разумеется, исполню ее желание.
– Нет-нет, я не против, чтобы ты об этом рассказал. Только подумала… большинству знакомых мне парней это, скорее, неприятно.
– Я этого не понимаю. И не хочу держать это в тайне. Наоборот, собираюсь рассказать всему миру, что переспал с тобой.
– Ладно, ладно, – смеется Тамсин. – Но в подробности лучше не вдавайся.
– По-твоему, мне не стоит покупать рупор и кричать из окна, как неописуемо прекрасно быть в тебе? – уточняю я и целую ее. Зарываюсь пальцами в ее мокрые волосы, а она обнимает меня за шею.
– Думаю… – начинаю я и с трудом верю, что собираюсь сказать, – …думаю, я счастлив!
Звучит невероятно и странно. Но это правда. Хотя у меня очень смутные представления о том, что такое счастье.
– Думаю, я тоже, – отвечает она.
Когда открываю дверь кафе, отмечаю, что сегодня утром воспринимаю все иначе. Мир кажется более красочным и насыщенным. Словно туман, окружавший меня до сих пор, рассеялся.
– А ты что здесь делаешь? – интересуется Олли, перекладывая чашки из посудомоечной машины на полку за прилавком.
Я непонимающе смотрю на нее. Она показывает мне на уголки своего рта, и до меня доходит, что я улыбаюсь.
– Можно мне два стакана кофе, черного, и два пончика? – прошу я.
– Погоди-ка! – Олли переводит взгляд с меня на дверь и обратно. – Ты что?.. Че! – кричит она. – Че! Иди сюда, чувак, я же сказала!
Че выбегает из кухни.
– Ты чего так вопишь? – спрашивает он.
– Рис провел ночь у любимой клиентки.
