Автор
День, когда ты делаешь то, что предстоит последнее и первое. Грустный день, наполненный тихим предвкушением. Впервые проверяла почту родителей и в последний раз, а также писала новый адрес на посылках — заполненных книгами и пластинками, вызывающих недовольство у почтальона. На похоронах дедушки ты смотрела на самого важного человека в своей жизни с грустью и оптимизмом, ждя чего-то нового....
Я дергаю ее за штаны, и она стягивает их с ног. Медленно провожу руками по внешней, а потом по внутренней стороне ее бедер, и Тамсин негромко вздыхает.
Выпрямившись на мгновение, прислушиваюсь к себе, не появится ли голос, который скажет мне остановиться. Но давящего ощущения в груди не возникает.
Тамсин тянется ко мне, и ее пылающие губы находят мой рот. Она медленно снимает мою ладонь со своей ноги и кладет себе на грудь. Я начинаю ее поглаживать. То, как она углубляет поцелуй, показывает, что ей так же нравятся эти прикосновения, как и мне.
Вдруг в голове мелькает мысль, и я цепенею.
– Тамсин, подожди, – прошу я, и она прерывает поцелуй. – Я пришел сюда не ради того, чтобы с тобой переспать. Даже мечтать не мог. Не пойми меня неправильно, я надеялся, что это, возможно, когда-нибудь случится…
– Ближе к делу, – задыхаясь, торопит она.
– У меня нет с собой презервативов!
– Нужно всегда готовиться, – говорит она.
– Знаю, прости, – отзываюсь я.
– Нет, я имею в виду, даже девушке нужно готовиться. – Ухмыльнувшись, она нашаривает что-то рукой под кроватью. Оттуда появляется небольшая коробка. Тамсин вытаскивает из нее презерватив и торжественно показывает мне. Не в силах ничего с собой поделать, я целую ее. Эта девушка невероятная.
Пока мы, крепко обнявшись, теряемся в страстном поцелуе, я нервно тереблю застежку ее бюстгальтера. Понятия не имею, как работает эта штука. В фильмах женщину всегда показывают только спереди, пока мужчина сражается с крючками.
– Погоди, я сама. – Она садится и одним ловким движением расстегивает лифчик. Прежде чем снять его, с вызовом смотрит на меня и спрашивает: – Это твоя первая грудь?
Чувствую, что краснею, и ничего не отвечаю. Тамсин широко улыбается и неспешно стягивает бретельки с плеч. Лифчик падает, и я не могу отвести глаз. Они выглядят идеально: круглые, мягкие и нежные. Я протягиваю руку, и Тамсин прикрывает глаза, когда я дотрагиваюсь до ее обнаженной груди.
Моя рука медленно спускается с ее груди, пока не добирается до трусиков. Немного неуверенно провожу пальцем вдоль пояса, а потом, чуть смелее, опускаю на ткань всю ладонь. Пальцы оказываются у нее между ног, и я замечаю, как там тепло и влажно.
– Вау, – выдыхаю я.
