Автор
В мрачных лабиринтах Наказания Дамира, где свет отсутствует и воздух тяжел, как утоптанная земля, ставишь ногу на новую крошку от драки. Здесь каждый шаг можно расценивать как незримое наказание, за что-то неважное или все же важное.
— Э-э-э! Ты мне тут не путай! Я Анну привел, так я уже жил с ней! Любил, детей хотел! Знакомиться привел! Я не оттраханную в лесу где-то приволок между делом всей семье показать, что вот смотрите, не в руку стреляю!
— Может хватит, а?! Что такого-то?! Она — девушка мо…
— Девушка! Так и ""девушкайся"" сколько влезет, с семьей-то знакомить зачем? Вот скажи мне, мы ее еще хоть раз увидим, сын, а?
Вместо ответа слышится, как кто-то шумно делает затяжку и сплевывает слюну.
— Мы совсем недавно знакомы. Я…
— Во-о-от, — назидательно басит старший Керефов, перебивая, — Про это и говорю! Не думал, что придется именно тебе такие вещи объяснять.
Меня колотит с самых первых услышанных слов, но после пренебрежительно брошенной ""сотрудницы"" буквально разрывает. Уши закладывает, глаза застилает красной пеленой, и бешено бьющееся сердце толкает вперед…
— Всё, кончай, правда, пап! Это уже… — что-то там возмущается Дамир, но я не даю ему договорить.
Так и не вытащив изо рта сигарету, я выступаю к ним из-за угла.
Дам осекается, застывая от неожиданности, а старший Керефов переводит на меня такой же проникновенный, как и у его сына, тяжелый взгляд. От того, насколько они похожи внешне и, наверно, достаточно похожи внутренне мне становится дурно…
Черные глаза отца Дамира мажут по моего лицу и стопорятся на сигарете, торчащей у меня изо рта.
— Огоньку не найдется? — мурлычу, медленно перекидывая фильтр языком с одного уголка губ на другой.
Так и тянет добавить ""папаня"", но я держусь из последних сил. Тем более, что жертва моя явно шокирована итак.
Не оборачиваюсь. Пошел он…
Нагибаюсь к неверному язычку пламени зажигалки и прикуриваю из рук его отца.
