О том, каким нежным и чувственным был со мной. От одной мысли, что он был и будет таким же и со своей невестой, мне хотелось умереть. Хотелось высказать ему все, что про него думаю.
Я проснулась раньше будильника, но так и не поняла, что меня разбудило. Некоторое время лежала и смотрела в темноту. Вставать не хотелось. Наступила какая-то апатия, и, если бы консультация перед экзаменом, я бы не вылезала из-под одеяла и пролежала весь день. Потянулась к телефону и, сняв блокировку с экрана, ужаснулась. Личка была вся забита спамом с вопросами: известно ли мне о местонахождении Андрея Макарского, как давно мы с ним встречались, какие отношения нас связывали, и все в таком же духе.
Пришлось закрыть все личные страницы и внести в черный список особо назойливых.
Откинула телефон в сторону, как будто прикоснулась к чему-то мерзкому, и пошла в ванную. Долго стояла под душем, смывая с себя всю грязь. Я уже примерно представляла, что меня может ждать в университете, поэтому написала Красновой, что сегодня не приду.
Только вот экзамен так не пропустишь.
АндрейОт «ссылки» к родителям бабуля меня отмазала, только Котов все равно настаивал на моей полной изоляции, наверное, решив, что я заразный.
— Зачем? — Я буравил чуть ли ненавистным взглядом чересчур самоуверенного юриста.
— Затем, Андрей Николаевич, чтобы у господина Баринова не оказалось на руках доказательств, что вы проводите с его дочерью не только дни, но и ночи.
— Я что, больной?! Мне и в голову не придет такое!
— Вам, может, и не придет, а вот у ваших оппонентов такие мысли могут возникнуть.
— А можно спросить, каким образом они раздобудут эти самые «доказательства»?
— Поверьте моему опыту, Андрей Николаевич, при желании организовать «ваше участие» не составит никакого труда. А такое желание у них будет. Имея на руках факты вашего «сожительства» с Бариновой Стеллой, у суда будут все основания обязать вас выполнить все требования.
— Бред!
— Андрей! — прокаркала прабабка. — Подбирай выражения! Либо ты ведешь под венец дочку мэра, либо соглашаешься на условия, о которых говорит Георгий.
— Тогда уж лучше сразу в монастырь.
— Не самое разумное решение. Для этого может понадобиться длительный испытательный срок, и даже последовать отказ, так как вы сознательно пытаетесь избежать ответственности за свои поступки, а значит ваши помыслы не настолько чисты, чтобы служить Богу, — на полном серьезе заявил Котов.
Я вытаращился на юриста как на блаженного, то тот совершенно спокойно выдержал мой взгляд.
