В то, что Гомори умер при взрыве, Артем не верил.
— Черт! — Рыжая подхватила арбалет, но, поразмыслив, решила остаться на месте.
— Дохлые эти ирархи, мля! Одно слово: пипеборецы!
— Отрубите уроду голову!
— Пилу, пилу тащите!!
— У кого есть топор?
— Ятаганом попробуй!
— Позвоните шасам, чтобы привезли бензопилу!!
Обалдевшие от полета двухтонного Молчуна Красные Шапки столпились вокруг канавы. Часть из них еще продолжала уничтожать Тощих Всадников, но остальные дикари заинтересовались более лакомой добычей.
— А сколько он может стоить?
— Дорого, мля… разбогатеем!
— Дайте я у него зуб отковыряю, на память…
— Отойдите!! — проревел Артем, огромными прыжками приближаясь к толпе. — Отойдите от него, придурки!!
— Гоните отсюда наемника — это наша добыча!
— Сейчас топор принесут.
— Дайте я зуб ему отковыряю…
Один из дикарей открыл Молчуну пасть, вставил распорку — свой ятаган — и стал сосредоточенно выбивать помповым ружьем ближайший клык.
— Он же не умер!! — Артем отчаянно пытался прорваться сквозь толпу Красных Шапок. — Он же…
Гомори подпрыгнул в тот самый момент, когда храброму «стоматологу» наконец удалось вырвать из пасти иерарха, один из клыков. Даже не подпрыгнул, он просто взвился в воздух из того же положения, что и лежал. И выпрямился в прыжке, мягко приземлившись на колонноподобные ноги.
И одним движением разорвал двух ближайших Красных Шапок.
— Спасайся! — Дикари бросились врассыпную.
— Азаг-Тот идет!! — рявкнул Молчун, и Артем, ловко изогнувшись, забросил в разинутую пасть иерарха активированный артефакт.
«Кипящая лава», редкий и дорогостоящий артефакт, который соединялся с любыми органическими клетками и поднимал их температуру до восьмисот градусов. По расчетам наемника, она должна была выжечь гортань, дыхательные пути, легкие и сердце Гомори, оставив в неприкосновенности ценную шкуру. Так бы и получилось, если бы…
Молчун заглотнул наживку, его пылающие золотые глаза потускнели, он согнулся пополам и… И его вырвало прямо на разбегающихся Красных Шапок: длительная автомобильная прогулка не прошла даром.
Температура выделений приближалась к восьмистам градусам. Обожженные дикари завизжали.
— Он плюется огнем!!
Артем молча развернулся и сломя голову помчался к шоссе, чувствуя, как под его ногами начинает плавиться трава. Гулких воплей больше не было: в бою Молчун предпочитал держать пасть на замке, но его огромная туша пролетела над головой наемника и опустилась в толпу паникующих Красных Шапок.
