– Оля! Кто-то обидел? Что произошло? – Опустившись на колени напротив рыдающей на краю кровати меня, неймарец осторожно сжимал мои руки.
– Люблю тебя, наверное, за все это! – прошмыгала я, и потянулась к нему с намерением обнять, спрятать лицо на груди мужа, понимая, что выгляжу и веду себя неадекватно, пугая его. – Даже несмотря на то, что такой злыдень!
Рассудок от всего навалившегося за сегодня, видимо, не выдержал и безоговорочно сдался на милость сердца.
– Оля… – Столько сдерживаемых эмоций, столько силы и страсти было в его глухом полустоне. А потом меня обхватили уверенные руки, на миг сильно-сильно прижав к себе и подняв, осторожно опустили уже на кровать.
Закрыв глаза, прислушиваясь к собственным ощущениям, просто доверилась ему.
Никаких сил о чем-то думать, оценивать свои или его поступки, тем более брать инициативу в свои руки не было, да и желания делать это тоже. Просто в кои-то веки почувствую себя женщиной – слабой, мягкой, желанной, любимой, в конце концов! Сейчас все, что было за пределами объятий моего неймарца, меня не интересовало. Вообще! Словно исчезло, оставив нас во Вселенной только вдвоем. Только он, его руки, губы, прикосновения тела, его шепот…
– Дейрана… – Даже это их название жены звучало для меня возбуждающе. – На животик повернись.
Ой! Совсем погрязнув в своих робких предвкушающих фантазиях, рожденных томительными касаниями его рук и губ, я настолько выпала из реальности, что не заметила, что уже пребываю в состоянии раздетости. Вернее, легкой одетости – собственно, тот голубой простой комплектик остался единственным рубежом на страже моей скромности. Как-то быстро он все так… И на животик еще? Ой, зачем?
– Погоди-ка, – сделала я попытку замедлить ход происходящего, но договорить возможности не дали, ловко перевернув меня на живот, причем так аккуратно и точно, что я только нижней частью лица оказалась на подушке, что не мешало носу дышать, но совершенно лишало способности к речи.
– Мм… мм… – сделала я очередную попытку сообщить о том, что происходящее несколько настораживает. Вот только почему-то затуманенный тактильным восторгом от быстро заскользивших по моим бедрам и спине рук мозг выдавать отказывался.
– Массаж, – пророкотал искушающим тоном Гайяр, – это то, что доктор Тинараг прописал расстроенной красавице для укрепления нервной системы.
Причем параллельно с напряженным пыхтением судорожно пытающегося собраться в кучу растекшегося мозга я с отчетливым трепетом ощутила на своей, кажется, резко ставшей сплошной эрогенной зоной спине его обжигающее дыхание. И все! Оформившаяся в сознании мысль: «Я же девственница» – полноценного развития так и не получила, бесславно канув в Лету, потонув в потоке моих невообразимых ощущений.