Неймарец бросил на меня, механически что-то жующую и упоительно глядящую в одну точку, подозрительный взгляд и, вставая, добавил:
– Не стоит расстраиваться, сегодня не справились, зато вчера был успех. Все меняется. Вы неплохо начали, Олга.
И, только когда он ушел, до меня дошло, что он еще не в курсе, что странность я все же обнаружила, пусть и с помощью капитана. Эх, а могла бы его про птиц расспросить… Интересно же, что там в них такого удивительного? Закончив завтракать, отправилась к Шейн-огану. Тарн, сосредоточившись сразу на трех прогнозах, о чем-то размышлял. Осторожно проскользнув в уже облюбованное мною кресло, со вздохом спросила:
– Ты глупых вопросов не задавай! В этом ведомстве постоянно куча данных и версий, которые нуждаются, в первую очередь, в хорошем прогнозе на вероятность, поэтому работы тут всегда полно, – обозначил мне перспективу коллега.
– Дай мне что-нибудь? – предложила я, усиленно натирая глаза.
Тарн оглянулся и, заметив мое движение, спросил:
– Не выспалась? Совсем о себе не думаешь. Как тебе, кстати, Тинараг?
– О! – Я даже не нашлась сразу с ответом.
Понимающе хмыкнув, коллега шепотом предупредил:
– Имей в виду, он – страшный ловелас! Вообще, не понимаю, как они с Крейваном дружат. Один такой открытый, другой – вечно угрюмый, – поделился он своими наблюдениями.
– Лично мне Тинараг значительно приятнее показался, – высказала и я свое мнение. – Давай помогу, хоть взбодрюсь немного, а то уже клюю носом. Кстати, а про птиц там нигде ничего не мелькало? – придвинувшись к системе и вводя собственный код, проявила я терзающее любопытство.
– Птиц? – Тарн недоуменно уставился на меня. – А птицы к чему вообще должны мелькать? Тем более в потоке событий разведывательной службы конфедерации, да еще и контролируемой неймарцами?
– Да я так, просто спросила… А что, у неймарцев к ним какое-то особенное отношение? – удивилась я замечанию Шейн-огана.
– Ничего особенного. Просто нет у них птиц – и все! – уже снова развернувшись к рабочему табло, пробормотал тарн.
– Как нет? – переспросила я, изумившись его замечанию.
– Вы, земляне, вообще другими расами интересуетесь? – удивился он моему непониманию и пояснил: – На каждой планете эволюция идет своим путем, в этом залог существования стольких уникальных разумных рас и просто видов живых организмов во вселенной. Так вот, у них в процессе эволюционного отбора выжил единственный вид, способный к полноценному полету, он же и разумный – собственно неймарцы.
