Автор
Женщина стесняется и прячется за платьем, его краска вызывает неприятные ассоциации. Светлана с трудом выдерживает гипнотическую привлекательность модели, в то время как окружающие восхищаются ею. Тягостное напряжение и тревога окутывают атмосферой этой непростой сцены....
Никто не решается вмешиваться, когда «папа» решает вопросы. Я мог бы дать отпор, но вместо этого терпеливо принимаю свое наказание.
—Я уехал на гребанный месяц! Всего месяц, и за это время вы все проебались, вот что! Как я могу доверять теперь хоть кому-то? Я буду спрашивать со всех, мать вашу! — от этой фразы горячо любимая жена Арслана подбегает к нему, но одно лишь взгляда хватает, чтобы охрана молча подхватила ее за руки и повела в дом.
—Арслан, сохрани здравый смысл, нам нужен он, чтобы спасти дочь.
Как мать ее можно понять, и даже на минутку не хочется представлять ее состояние, мне хватает и моего.
Я захлебнусь в собственной крови, если со Светой что-то случится. Надя на мгновение прищуривается, а затем отворачивается, являя убитый горем профиль."
"Это гребанный ад, чертов ад, в котором я горю в подвешенном вниз головой состоянии. Я чувствую эти раны, агонизирующие от каждого вздоха.
Атмосфера накаляется до предела, но я не двигаюсь, всматриваясь в Надю, которая уже беззвучно плачет и размазывает слезы по бледным щекам, обескровленным. Она оборачивается, все еще двигаясь к дому. Ее глаза прожигают во мне дыру. Женщина все хватается за обвивающие ее руки и беззвучно что-то шепчет.
Это всегда больно: смотреть на ее страдания, понимать, что ты в очередной раз становишься причиной лавины отчаяния, что обрушивается на маленькую девочку. Для меня она навсегда останется таковой.
Рашидов тянет меня на себя, когда я спрашиваю:
—Ты думаешь, я сам себя не урою, если с ней что-то случится?
—Вот только кому легче станет от этого, а? — крик Арслана глушит. Никому не станет легче.
Мор всех созывает в доме, бегло раскладывает все по полкам в то время, как упертая Надя сидит в обнимку с Аишей в самом углу на кресле и внимает каждому слову, что так или иначе связано с дочерью. Племянница Арслана без конца во всем винит себя, только в реальности за последствия должен отвечать я.
Ход дела прост: подняли на уши всех, даже тех, с кем были натянутые отношения. Подключают связи, бывших друзей, друзей друзей, и даже незнакомцев.
Темный раздает указания и спустя долгих три часа, когда Надю и Аишу практически силой уводят в спальню, сдабривая успокоительными, а люди расходятся для выполнения определенных задач, в огромном зале за бокалом виски остаемся мы с Арсланом наедине.
