Вадим Рустамович с трудом пришел в себя от неожиданного появления. Лицо знакомых ему парней пробуждало непонятные мысли и тревогу. Перед ним открывалась новая, незнакомая страница жизни, на которой он найдет способность выжить или исчезнуть безвести.
Он построил его с нуля. При этом Майя никогда не ощущала дефицита отцовского внимания. Мама иногда жаловалась. Но и она не была несчастной. Майя повезло с родителями.
Переводя взгляд с одного мужчины на другого, она спросила себя: а что было бы с ней, если бы она отказалась выйти замуж за Багова? Неужели папа продолжил бы настаивать на аборте? Ей не хотелось в это верить.
У папы на всё есть причины… И тут тоже она была. Не могло не быть. Отец любил детей, и, пока она была помолвлена с Ренатом, часто говорил, что хочет внуков.
И тут начались разговоры про аборт.
В груди Майи появился ком. Странная реакция организма на едва ли не безобидные мысли. Мужчины с ней мало общались, вернее, она не вклинивалась в их негромкую беседу, вот её единственным занятием, кроме рассматривания мужа и сравнивания его с отцом, были думы.
Сначала Майя удивилась собственной реакции. Потом прислушалась к ней. Неспроста у неё заныло сердце, и появилась тревожность. Словно Майя подобралась к чему-то запретному, тайному.
Почему она разволновалась? Это просто мысли.
Майя снова посмотрела на отца.
Просто мысли, ведь, правда, папа?
И то, что ты немного похудел, это от нервов. И бледность твоя – тоже…
– Я отлучусь на минутку.
Две пары глаз мгновенно сосредоточились на ней.
– Да, конечно.
– Помощь нужна? – это Вадим.
– Нет… Мне… надо.
Да, ей надо выйти и побыть одной. Хотя бы минуту. Понять, насколько основательны могут быть её подозрения, и не накручивает ли она себя в очередной раз.
Майя настолько погрузилась в собственные переживания, что перестала что-либо замечать вокруг, видеть дальше собственного носа.
Девушка на ватных ногах отошла от столика, за которым они сидели, и направилась в сторону дамских комнат, но в последний момент передумала. Ей необходим свежий воздух. Чуть-чуть.
Она постаралась, чтобы ни Вадим, ни папа не увидели, куда она ушла. Они зададут вопросы, на которые она не готова отвечать.
А ещё ей не стоило дополнительно перчить мясо. Правильно говорят, что острое кровь разгоняет, ощущается прилив к малому тазу.
То есть туда.
У неё так точно. Ещё кровь прильнула к щекам. Майя вышла на веранду, подошла к перилам и уперлась одной рукой в них. Второй поочередно приложила к каждой щеке.
