– Доволен? – обернулась амазонка к магу, который, не вмешиваясь, стоял чуть поодаль. – И чего ты добился этой тренировкой? Татьяна же завтра даже встать не сумеет.
– Встанет, – мягко возразил Леон. – Куда она денется. Чего хотел показать? Элементарно. Теперь Татьяна на собственной шкуре убедилась, что волшебные вещи – не панацея от всевозможных бед. Прежде всего надо полагаться на свои силы, а артефакты – лишь приятные мелочи, которые могут облегчить жизнь. А могут и усложнить. Ведь я не самый опытный фехтовальщик при дворе императора. И тем не менее Татьяна не сумела меня победить. Хотя и очень старалась. Отныне она не будет столь уверена в полной безнаказанности и неуязвимости. Пусть тренируется как следует, если желает стать супругой императора.
– Ну что ж, – амазонка с неожиданным лукавством посмотрела на мага, – а сам-то ты готов послужить на благо нашей милой воительницы? Ведь необходимо отработать и другие аспекты императорского экзамена.
– Да, – просто ответил Леон, – я много думал и готовился. Так что теперь, полагаю, без проблем выдержу любые испытания.
– Хорошо, – наклонила голову амазонка. – С твоего позволения, я заберу Татьяну на некоторое время. Нам необходимо подготовиться к следующему уроку.
– Мы с Ярынгом будем ждать вас в гостиной столько, сколько потребуется, – сдержанно произнес маг.
Гайяна вместо ответа рассмеялась и, взяв меня под руку, вывела из тренировочного зала.
– Ну и куда ты меня тащишь? – ворчливо спросила я, как только за нами закрылась дверь.
– В ванную, – строго произнесла амазонка. – Запомни, Татьяна, в искусстве обольщения главное – чистота. От женщины не должно нести потом и недавно съеденным завтраком, она должна благоухать духами.
– Я люблю духи, – оживилась я. – Они как раз запах пота хорошо маскируют. Бывало, намахаешься на рынке за день – ноги не держат. Да и разит от тебя за километр. Обрызгаешься любимым одеколоном и вперед – домой. Хоть в метро никто под мышку дышать не станет. Напротив, посвободнее будет.
– Кошмар, – коротко резюмировала амазонка. – Ладно, я из тебя человека сделаю.
– Может, не надо? – жалобно проныла я. – И вообще, я слышала, многим мужикам, наоборот, нравится, когда от бабы естественно пахнет. Вон, Наполеон Жозефину за полмесяца предупреждал, когда он возвращается, чтобы мыться не смела.
– Я не знаю, кто такой Наполеон и кто такая Жозефина, – сказала Гайяна, – но они явно были весьма странными людьми. И мы не станем им уподобляться.