— А говорила, что не понравился.
— Да, ноутбук я на шее носить не стала бы… — машинально огрызаюсь. Для таких отмазок мне не нужен мозг, у меня они подвешены на горячих клавишах, как заклинания в игре. Вдох-выдох, включаем разум — и бегом из ада обратно, пока не успела забраться слишком далеко!
— Тиш-ш-ш-ше… — бормочет он мне в шею, продолжая обнимать. — Разве тебе хочется убегать, а? Посмотри на меня.
В бриллиантовой темноте ночи зеленый колдовской цвет не виден, вместо глаз — темные омуты. Я все еще держусь за его плечи и отпускать нет никакого желания. Он смотрит мне в лицо и смеется, опуская кулон обратно в ложбинку груди. А вот пальцы остаются там.
Взгляд — шальной, ищущий — застывающий на моих губах. Осторожный поцелуй. Короткий, нежный.
— Если бы у нас был настоящий роман, ты бы сейчас признался мне в любви, — говорю, когда становится совсем не по себе от его долгого взгляда в глаза.
На мгновение он перестает дышать, а потом вдыхает резко и судорожно.
— Но так как у нас реальная жизнь, — улыбаюсь. — Я точно скажу, что ты меня не любишь.
— Я тебя не люблю, — ровным голосом.
— А здорово было бы, если бы у нас был роман…
Он коснулся губами моей шеи, и я вздрогнула от короткого горячего укола языка.
— Нет, не здорово, — попыталась возразить я. — Говорила же тебе…
— Ну, такой, короткий роман, — перебил он. — Немножко страсти и секса, пока не надоест.
— Нет, — непоследовательно заявила я, продолжая его обнимать все так же крепко. — Мне опасно заводить романы. Даже просто секс.
— Я сейчас в равновесии и счастлива. Но стоит сдвинуть хоть один камешек — все рассыплется.
— Не хочу рисковать.
— А вдруг тебе понравится?
— А вдруг это разрушит мой мир? И мне придется снова его собирать из обломков. Или нет, еще хуже — вдруг мне действительно понравится? А ты знаешь, как глубоко я способна залипать на то, что мне нравится. Никаких больше книг, один Роман Витт на уме! Стоишь ты моего смысла жизни, как думаешь?
Только губы оставляли короткие поцелуи-весточки то на виске, то в уголке рта, то где-то под ухом.
Я прошептала ему на ухо, глубоко вдыхая горько-теплый запах:
— Ты слишком глубоко в меня проник… Это опасно.
— Еще нет, только планирую, — в словах спряталась горькая улыбка. — Но у тебя есть шанс меня убедить, что всего одна ночь помешает тебе жить, как хочется.
— Знаешь, как алкоголики и наркоманы завязывают? Всего одна рюмка может свести на нет все усилия.
— Мммм… — протянул он неуверенно и — прижался к моим губам. Раздвинул их кончиком языка, положил ладонь мне на затылок, не позволяя отстраниться — пока он жадно и нетерпеливо целовал меня до головокружения и потери реальности.