Я скольжу стоящими сосками по прохладной ткани, трусь грудью о спинку дивана, словно кошка в течке. Тело потряхивает от возбуждения, жар разливается в крови. Потягиваюсь, цепляясь пальцами за подлокотники, демонстрируя себя несуществующему султану. Лучше фантазии, чем то, чего мне хочется на самом деле.
Откуда-то с пола доносится слабое «динь» пришедшего сообщения.
Я испуганно замираю, словно застуканная за чем-то непристойным.
Хотя почему «словно»?
Застигнута. За непристойным.
Тянусь к штанам, валяющимся на полу, достаю из кармана телефон.
Застигнута за непристойным — Романом.
Потому что сообщение от него.
С тяжело бьющимся сердцем я открываю мессенджер и застываю с открытым ртом. Прямо как есть — нижней половиной на диване, верхней на полу, в неудобной позе, держа в одной руке телефон, а второй упираясь в мягчайший ковер.
Она и подламывается, когда я вижу на фото...
Не до конца возбужденный, но достаточно восставший. Красивой формы, с толстой головкой, ровный…
Мышцы рук дрожат, отказывают, — и я скатываюсь с дивана прямо в густой, как трава, белый ворс ковра.
Не отводя взгляда от экрана телефона.
На котором мужская рука сжимает этот член у основания — длинные пальцы, выступающие жилы на тыльной стороне. Я сглатываю и чувствую, как внутри все пульсирует и сжимается, словно готовясь принять его.
Развожу колени, и рука непроизвольно ложится между ног.
Господи, я же разумное существо!
Почему же я чуть не мяукаю призывно?
С трудом отрываюсь от богатого зрелища на экране, скольжу по фото, по натянутым мышцам выше, чтобы посмотреть на владельца — и встречаюсь глазами со знакомым насмешливым взглядом. Прямо-таки слышу ехидное: «И куда ты пялишься?»
Он знает, куда я пялюсь. Судя по выражению лица на фото — в этот момент он очень-очень хорошо знает, куда же тянет сейчас мой взгляд.
Господи, была бы я нормальной бабой, я бы сейчас накинула халатик и быстренько перебежала коридор.
Уверена, его дверь не заперта.
Никогда в жизни, никогда-никогда за всю свою биографию я не была так бешено возбуждена!
Это будет что-то феерическое, даже если он просто наденет меня на себя. При одной мысли об этом я не могу сдержать мучительного стона.
Кажется, я кончу, даже если просто опущусь перед ним на колени и обниму его член губами. Мне этого хочется. Заглотить его — глубоко, еще глубже, так, чтобы коснуться поцелуем кожи на лобке. Чтобы горячий и мокрый член скользил у меня во рту до конца. До упора, до горла. Хочу взять его целиком и цепляться пальцами за напряженные бедра. Облизывать и сосать…
Отбрасываю телефон, переворачиваюсь на живот и встаю на четвереньки — чувствуя, как из меня течет, как становятся мокрыми бедра.