Напиши обо мне роман — читать онлайн бесплатно полностью

Я растерянно оглянулась на вход. Как-то палевно прямо у дорожки курить, нет?

Но мужчина махнул мне рукой и отодвинул от окна высокую китайскую ширму — за ней обнаружилась балконная дверь. Мне кинул коричневый плед, а сам вышел наружу, как был. Я пожала плечами, закуталась и вышла следом.

За дверью был даже не балкон, а огромная терраса — вдоль перил стояли кадки с заснеженными пальмами и лимонными деревьями, треножники с горшками, в которых торчали высохшие останки цветов, а пол покрывала черно-белая контрастная плитка, от которой рябило в глазах.

От посторонних глаз нас скрывала высокая живая изгородь из чего-то вечнозеленого.

— Давид, — представился психолог и протянул пачку «Парламента», самого легчайшего, все равно что резаную бумагу курить. — Можно без отчества.

Левая половина рта у него кривилась, словно он старался улыбнуться, но не получалось.

— Алиса, — и я достала свою пачку. Тоже «Парламент», но покрепче.

Задумчиво пялясь на снег, крупными хлопьями падавший на кусты, мы молча выкурили по сигарете, а потом он стал рассказывать:

— В советские времена это место было совсем другим.

Сюда ложились жены, дочери, любовницы партийной элиты. Подлечить нервы, отдохнуть. Развлечься. Специально, бывало, шили у портних наряды на все три-четыре недели госпитализации. Здесь собирался весь цвет общества, весь бомонд — художники, писатели, архитекторы. Умные и нервные мужчины и скучающие в золотых клетках женщины. Днем принимали лучшие специалисты, проводились самые передовые процедуры — не один десяток диссертаций был написан по результатам. Вечером же… когда сотрудники уходили домой — начинались танцы. И не только танцы. Порой до утра гудели. Такие были времена…

Он задумчиво посмотрел на серое низкое небо, и было что-то мечтательное в его взгляде.

— Вы тут давно работаете? — заинтересовалась я.

— Всю жизнь, как после института пришел, так и остался. С какими людьми пришлось общаться… Нигде больше таких не встретишь.

— А что, доктора тоже… участвовали? — я запнулась, не зная, как назвать то, что он описал.

Лукулловы пиры и оргии?

— Ну так медицинскую этику к нам завезли на несколько десятилетий позже… — туманно ответил Давид, выщелкивая следующую сигарету. — Помню, пришла ко мне одна дамочка, истеричка и дура, но до того красивая, что из-за нее били друг другу морду такие серьезные люди, что я их имена даже сейчас назвать не могу.

— Ого… — я затушила сигарету в высоком вазоне из гипса и поплотнее закуталась в плед.