Оно состояло из выпирающих скул, длинных линий, тонких губ широкого рта. Я как раз решила, что оно ординарно, как он взглянул на меня, и я, увидев эти темные глаза, поняла, что ошиблась. В них светился ум, ум — и еще какое-то темное чувство. Он не скрывал выражения злости на лице, и я поняла, что сама сила его личности производит такое впечатление, что он действительно красив, хотя такая красота не может отразиться на фотографии: она требует движения, этой вибрирующей энергии, чтобы ее заметили.
Без представлений я знала, что это Джейкоб, и знала еще кое-что. С ним нам добром не поладить.
Следующим вышел Ричард, и шел он в ореоле собственной вибрирующей силы. Грацией и злостью он не уступал Джейкобу, но чего-то в нем не хватало, какого-то оттенка, который был в том. Оттенка темноты, быть может. И я не сомневалась, что Джейкоб беспощаден. Это я почти нюхом чуяла. А Ричард, к добру или к худу, еще таким не стал.
Я вздохнула. Я-то думала, что, когда он смирится со своим зверем, все встанет на свои места.
Он сидел на троне, свет факелов играл на свободно падающих волнах волос то медью, то золотом, тени плясали на мышцах его груди, рук, плеч. Он действительно выглядел королем варваров, но что-то было в нем, оставалось... какая-то мягкость. А если я ее чую, то и Джейкоб тоже.
У меня наступил момент ясности, которые иногда бывают у каждого. Никто из нас ничего не может сделать с Ричардом, чтобы он стал по-настоящему суровым. Он может действовать в гневе, как было, когда он захватил Грегори, но как бы ни поступал с ним мир, что-то в нем в решающий момент дрогнет. Единственный его шанс выжить — окружить себя верными соратниками, которые недрогнут.
Джемиль и Шанг-Да встали по обе стороны трона, не слишком близко, но и не слишком далеко. Шанг-Да был в своем обычном деловом черном костюме: черные брюки, черная рубашка, черный пиджак и начищенные до блеска туфли. Он всегда одевался тщательно, даже в лесу.
Джемиль мог бы одеться не хуже, но он старался соответствовать ситуации. На нем были джинсы, вроде бы свежеотглаженные, и красный топ в обтяжку, щегольски смотревшийся на темной коже. Бусины в косичках до пояса он заменил на черные и красные. Они матово блестели в свете факелов, будто сделанные из полудрагоценных камней.
Поймав мой взгляд, Джемиль не то чтобы кивнул, но показал глазами, что видит меня. Шанг-Да избегал смотреть на меня, озирая собрание, но стараясь не глядеть в мою сторону. Я думаю, если бы Ричард им позволил, они бы сделали все необходимое, чтобы обезопасить его трон. Но Ричард их стреножил, и лучшее, что они могли сделать, — действовать в этой смирительной рубашке чести, в которую он их затянул.
Мы с Сильвией переглянулись. Я видала ее коллекцию костей врагов.