Автор
Мандала плывала и разделялась на части, каждый кусочек ненадолго окутывая меня холодом тайны. Я провела полчаса, пытаясь прочитать её, но понимание не пришло ни в коем случае. Надин указала мне середину, отсюда все начинается и всегда будет так.
Я вернулась в спальню, попрощалась с Триной, пообещала, что загляну завтра как освобожусь и что всё будет хорошо, больше Александр её не побеспокоит. В сопровождении Ормонда вышла из комнаты, для острастки зыркнула максимально грозно на нахохлившегося Райана и покинула дом Фервортов.
– Ты прав, сын Трины тот ещё червяк, земляной червяк, – пожаловалась я зафиру. Погладила его по чуть тёплой ребристой стене и обернулась к Ормонду. – Извини, я опять тебя сдёрнула и потащила невесть куда.
– Пустяки, – Ормонд через плечо глянул на фасад дома. – Это действительно он?
– По признанию Райана, анонимку Алишан послал не он. Но настучал точно он. Другой вопрос, кому именно он ухитрился стукануть. И кто всё-таки автор письма, полученного Алишан. Эх, знать бы, что конкретно в нём написано. Отправитель скопировал послание Райана? Пересказал всё своими словами? На фига он пожелал остаться неизвестным? Какого хрена вообще озаботился анонимным сообщением, если уже есть донос Ферворта?
– Быть может, чтобы Алишан не увидела письма озейна Ферворта? – предположил Ормонд.
– А она его, похоже, и не увидела. Соответственно, содержание писем могло различаться и…
– Нет упоминаний о Фервортах и Трине?
– Скорее всего.
И по всему выходит, что донос Райана видел лишь один родственник Феодоры.
Её брат.
Глава 14
Мой любимый гарем встречал меня с видом строгим, суровым, недовольства моей самоволкой исполненным. Мужчины ожидали меня в гостиной, из окон которой удобно наблюдать за улицей и проезжающими экипажами. И в случае нужды вовремя выскочить в прихожую и перехватить меня при попытке прошмыгнуть мимо и потихоньку подняться на второй этаж.
– Я оставила записку на кухне, – напомнила я.
– В которой написала, что у тебя обеденный перерыв и поэтому ты прошвырнёшься по городу, – заметил Люсьен.
– Да, решила немного покататься, развеяться.
– Немного? – повторил Виргил и выразительно посмотрел на напольные часы.
– Пришлось задержаться.
– Пришлось?
– Ага. Возникли обстоятельства непреодолимой силы. Ну что, я пойду собираться? А то пора уже, да?
– Подожди, – Люсьен первым шагнул ко мне, обнял крепко. – Варя, мы волновались.
– Тебе следовало не записки оставлять, а предупредить лично, – добавил Виргил наставительно. – Хотя бы одного из нас.
Это так мило – мои мальчики уже говорят о себе во множеством числе, как о едином коллективе, в меру дружном, сплочённом и неделимом.
Аж прослезиться захотелось от радости.
Филипп тоже приблизился ко мне, но не с целью обнять.
