Автор
В Нарисованных шрамах, Олтедж создает волнующую атмосферу любви и разочарования, где каждый шаг героя ведет к еще большей сложности и трагедии. Жизненная история персонажей становится кровавой игрой на живых эмоциях, отчаянии и надеждах, заставляя читателя смотреть на события со стороны, как бы не желая это делать....
В последнее время поведение Сергея стало еще более неустойчивым. Он не будет выполнять приказы Юрия.
— Конечно, не будет. — Я ругаюсь и бросаю документ, который читал. — Я пойду с Сергеем. Юрий все равно ни черта не умеет стрелять.
Максим смотрит на меня так, как будто я сошел с ума. Может, и правда.
— Только через мой труп, Роман.
— Это не обсуждается. Я единственный, кто может проследить, чтобы Сергей вел себя хорошо.
Он смотрит на меня жёстким взглядом, снимает очки и сердито направляет их на меня.
— Ты, блядь, ходить не умеешь.
— Может, я и не могу ходить, но, кроме Сергея, я все еще лучший стрелок братвы.
— Я этого не допущу, Роман. Это самоубийство."
"— Да? И что ты предлагаешь дать психу пистолет и кучу взрывчатки, и отправить его на задание без присмотра? Сергей меньше чем за час может уничтожить целый городской квартал.
— Ну, тогда мы не будем посылать Сергея. Ты же не просто так отстранили его от полевых работ.
— Это особый случай. С наблюдением, когда Сергей в поле — это как штурмовой батальон из одного человека.
Максим ничего не комментирует, только качает головой и сжимает виски.
— Ты никогда не видел Сергея в поле. — Я откидываюсь в кресле, а по моему лицу расползается безмятежная улыбка. — Он просто красавец. Ты знаешь, что однажды он в одиночку зачистил вражеский склад? Четырнадцать человек. И его подстрелили всего один раз.
— Неудивительно, раз вы родственники, — вздыхает Максим.
— Ну, тогда все решено. — Я наклоняюсь вперед, и закрываю ноутбук. — А что насчет нее?
— У нее будет выставка в следующем месяце. Иван видел плакат.
— Просто показ или выставка-продажа?
— Я проверю.
— Если это продажа, позвони в галерею заранее и купи все. — Я смотрю вверх. — Анонимно. Что-нибудь еще?
Я замечаю, как он напрягается и смотрит в сторону.
— Что-нибудь еще, Максим?
— Она изменила прическу.
— Она их отстригла?
— Нет. Просто покрасилась.
— В блондинку?
— Нет. Она... ...в фиолетовый.
Она покрасила волосы в фиолетовый цвет. Я не могу не улыбнуться.
— На этом все, Максим.
Глава 20
Месяц спустя
Разные оттенки черного и серого, и больше ничего. Я беру немного желтой краски на кисть и пытаюсь нанести несколько мазков на темные фигуры на холсте, но в итоге получается только размазанный предыдущий слой черного. Это как бы отражает мое душевное состояние в последние несколько недель.
