Автор
В Нарисованных шрамах, Олтедж создает волнующую атмосферу любви и разочарования, где каждый шаг героя ведет к еще большей сложности и трагедии. Жизненная история персонажей становится кровавой игрой на живых эмоциях, отчаянии и надеждах, заставляя читателя смотреть на события со стороны, как бы не желая это делать....
Глаза Нины расширяются, но она ничего не спрашивает, просто кивает.
— Хорошо. Вот эта дверь ведет в подвал. Ни при каких обстоятельствах не спускайся туда, — говорю я.
— Почему?
О том, чтобы сказать ей, что именно там мы обычно пытаем людей, не может быть и речи.
— Тебе знать не нужно.
— Ты уже… ну знаешь? — Она указывает на свое ухо.
— Максим уже с этим разобрался.
— Какая у него должность?
— Он мой заместитель. Дмитрий работает с ним, но в основном он занимается безопасностью.
— А остальные?
— Павел занимается делами клуба.
— У всех есть проблемы, Роман.
— Не такие, как у Сергея. Поверь мне. Держись от него подальше.
— И все они живут здесь?
— У всех мужчин, с которыми ты познакомился вчера вечером, есть комнаты наверху, но только Леонид, Павел, Костя и Иван живут здесь.
— А что насчет персонала? Горничные?
— У Валентины и Ольги комнаты на другой стороне, где кухня. У Вари там же. Остальные каждый вечер уходят домой.
— Варя — это домработница?"
"— Она была домработницей у старого пахана. Когда меня назначили, я устроил ей жизнь, чтобы она больше не работала. Она не хотела уезжать. И до сих пор не хочет. Поэтому я позволил ей управлять домом; это делает ее счастливой.
— Она не хочет уходить от вас, вы имеете в виду.
— Да.
Я вижу это в ее глазах, она хочет спросить больше, но не спрашивает, а я не вызываюсь. Некоторые вещи лучше не говорить.
— Это кабинет Максима, потом Дмитрия. — Я указываю на двери справа. — Костя и Иван работают в одном кабинете, это дверь рядом с кабинетом Леонида. Мой — последний по коридору. Если меня нет наверху, то я, скорее всего, здесь. Номера Максима и Дмитрия я дам тебе позже, на всякий случай.
— Мы можем посмотреть кухню?
— Если вы настаиваете.
— Вы говорите неохотно. Что-то не так с кухней?
Все не так с этой чертовой кухней.
— Увидишь.
Мы находимся прямо перед открытыми дверями кухни, когда что-то большое и металлическое с грохотом падает на пол. На долю секунды наступает абсолютная тишина, а затем раздается крик, такой громкий, что я вздрагиваю. Когда мы входим, я оглядываюсь вокруг и чувствую, что только что вошла в сумасшедший дом.
