Жанр
Занятия завершились, а corridor наполнился густым табачным дымом и разговорами студентов. Я вступила в это шумное море живых тел, стремящихся вырваться на свежий воздух. Но даже мой крик "Яра!" не оставил мне места. Я повернулась — и вздохнула, пряча недовольство за довольную улыбкой. Теперь придется задержаться....
В чужом мире никто руки не подаст.
Положила в сумку рукопись, журналы, пару газет. Отсыпала из кошелька немного монет отчеканенных из чистого золота (даже не сомневалась что там не медь) и отправилась устраивать жизнь.
Пока шла от академии к центру города, попутно разглядывая не убитую выхлопными газами природу, размышляла о насущном. Если посмотреть правде в глаза — что я в этом мире могу?
Открыть секрет дамасской стали или формулу спирта? Однозначно нет. Порох изобрести? Да не смешите. Во-первых, не могу, а во-вторых — кому он здесь нужен? Живут мирно, не воюют пусть так и дальше продолжается.
"Люди давно смешали яйца с молоком, не каменный же век. Еще можно песни петь, радуя новым репертуаром, это да, согласна.
От мыслей отвлекла открытая коляска, неожиданно остановившаяся на обочине и жизнерадостный вихрастый мальчишка-кучер лет шестнадцати на вид.
— Зачем леди топтать ножки? Леди хочет прокатиться, — лыбясь во весь рот, утвердительно заявил паренек.
— Хочет, хочет, — закивала, улыбнувшись в ответ и, понадеявшись на судьбу, наугад вытащила из сумки один из журналов. Показала обложку мальчишке и спросила: — Знаешь, где находится редакция?
— «Светская жизнь»? Конечно! Домчу с ветерком.
— Тогда поехали, — скомандовала, забираясь в старинное средство передвижения, попутно отмечая, что в открытой повозке ехать намного приятнее, чем в запечатанной коробке кареты.
Коляска тронулась, а пацан, развернувшись всем корпусом, чтобы лучше видеть пассажирку, поинтересовался с детской непосредственностью:
— А тебе зачем в редакцию?
— На дорогу смотри! — автоматически рявкнула я. Вот не люблю когда водитель отвлекается от движения.
