Автор
В переполненном десятками автомобилей потоке я смотрю лишь на часы — время истекло, как и надежды. Шагнув вперед, я уверенно рву планы тех, кто пытался уничтожить тебя. Девочка моя родная, скоро мы выйдем из этого адского лабиринта.
Сильный, явно в хорошей спортивной форме — в голове тут же замелькали наброски в его полный рост. Свитер насыщенного зеленого цвета еще больше подчеркивает и без того яркие глаза. Гипнотические глаза.
— Здравствуйте.
— Здравствуй, Максим, — с легкой усмешкой поправляет меня.
А я немного смущаюсь. Как вспомню вчерашние поцелуи в машине, так до сих пор дыхание перехватывает.
— Здравствуй… Максим, — послушно повторяю за ним, пробуя кончиком языка каждое слово. Мы теперь на «ты». — Спасибо за букет, он очень красивый.
Он кивает, моя благодарность как само собой разумеющееся. Понятно, наверное, и к отказам не привык.
— Мне сказали, ты до восьми работаешь. — Он не ждет ответа, сразу же продолжает: — Поужинаем завтра?
Завтра?! Он не отводит взгляда, рассматривает, пялится на меня, не стесняясь. Так и в первый раз смотрел.
— Я заберу тебя в восемь, договорились?
— В пятницу я до семи, — поспешно произношу, словно боюсь, что он передумает.
Но, похоже, зря волнуюсь — Максим делает шаг вперед и оказывается от меня на расстоянии вытянутой руки.
— Тогда в семь. — Он улыбается, и на щеке возникает очаровательная ямочка. — Я хотел сегодня поужинать с тобой, но вечером встреча важная, с которой я не могу сбежать. А очень хочется.
Он проводит ладонью по моей щеке, словно привык это делать, как-то по-свойски у него это получилось.
— Хорошо, — говорю, наконец, вслух, хотя мысленно сказала «да», как только увидела его, выйдя из автобуса.
— Давно здесь работаешь?
— С января. Но это временно, — добавляю поспешно. — Я летом буду снова поступать.
— Отлично, вот и расскажешь все завтра. — Делает еще шаг вперед, чуть наклоняется, я не успеваю отреагировать, Максим быстрее — легко целует меня в щеку. — Пока.
— Пока, — тихо повторяю за ним.
Он смотрит пристально в мои глаза, словно хочет прочитать в них что-то, а потом нехотя отстраняется и возвращается к машине.
— Стойте! — наконец прихожу в себя. — То есть стой! Пожалуйста.
Кажется, я его удивила. Генварский обернулся — на лице то же выражение, что и вчера, когда я попросила его паспорт.
— Что еще?
На мгновение засомневалась. По никогда бы так не поступила, да никто бы из девчонок в агентстве.
— Паспорт. Дайте, пожалуйста.
— Как? Опять?
Он вот-вот рассмеется. И посчитает, что я глупая девчонка, с которой незачем тут возиться.
— Ага.
