Автор
В переполненном десятками автомобилей потоке я смотрю лишь на часы — время истекло, как и надежды. Шагнув вперед, я уверенно рву планы тех, кто пытался уничтожить тебя. Девочка моя родная, скоро мы выйдем из этого адского лабиринта.
Вот же вляпалась!
У меня почти неделя, чтобы понять, разобраться, а потом он приедет, и мы поговорим. Лично. Но как спросить об этом сестру, когда она придет в себя? Столько мыслей в голове!
Уже поздно, очень поздно, но что бы ни было потом, сейчас я рассматриваю свои наброски, выбираю лучший — тот, которым по-настоящему довольна и на котором Максим точно узнает себя. Мне не стыдно за свой рисунок, и я хочу, чтобы он его увидел.
«Спасибо за рисунок. Он прекрасен. Направляю тебе свой. Спокойной ночи!»
И пусть тебе приснюсь я.
Глава 10
Утро понедельника встречает холодным ветром и противным косым дождем, от которого непросто укрыться даже под зонтом. Но разве это важно?! С лица до сих пор не сходит довольная улыбка — Максим утром прислал фото центра Берлина, и, пока я бегу, опаздывая на работу, он уже на своих важных переговорах с заказчиком.
— Это очень крупный проект, Марина, — объяснял мне Генварский в субботу вечером. — Мы выиграли конкурс на строительство этого бизнес-центра год назад, хотя до этого у нас не было опыта в подобных проектах. И мы должны довести его до конца.
За эти выходные мы с ним разговаривали четыре раза. И каждый раз звонил он. Первый — сразу же после того, как я отправила ему свой набросок. Целый час с ним проговорили. А потом еще переписывались — просто так. Мы говорили про мои рисунки, он потребовал, чтобы я прислала ему свои работы, включая те, с которыми я провалилась при поступлении.
Бегу на работу, в одной руке зонт, в другой сжимаю телефон. Мне почему-то кажется, что он обязательно мне еще сегодня напишет. Я просто не хочу пропустить от него сообщение.
В училище все как обычно, разве что зонтов много — сушатся прямо в широких коридорах рядом с кафедрами.
Сегодня работы не очень много, и это здорово, потому что просто не могу сосредоточиться, постоянно на телефон смотрю. А вдруг еще напишет или позвонит?
Сама себя не узнаю. Как будто мне лет четырнадцать, и я попала на концерт «Эпидемии», я и сейчас их обожаю, но тогда просто фанатела. И мне казалось, что большего помешательства уже невозможно.
Вспоминаю, что мне уже девятнадцать, и отправляю мобильный обратно в сумку.
