Я с удивлением смотрел на удивлённого канна.
– Так ничего и не понял. Вроде как, диалект тот же, только он его как-то коверкает сильно. – и, уже обращаясь к лежащему на подстилке раненому, спросил на общем: – Ты понимаешь, что я говорю?
Мы уставились на огра в ожидании ответа.
– Да! И чего было так кричать?!
Я не удержался и захихикал. Не, ей богу! Ну, спроси ты, сразу, слышит он тебя или нет? Понимает твои вопросы? Не-ет! Надо повыкаблучиваться, показать какие мы умные и образованные.
– Ты, гоблин, неправильно ударения в словах делаешь, хотя сам факт того, что ты знаешь наш язык, вызывает уважение в моей душе. Но, что вы тут делаете?
…Самое сложное в лечении огра оказалось навесить на него ошейники Резы. Ни в какую Ку не хотел вешать на себя эти украшения, видно боясь, что мы его в рабы определим и только после слов Хэрна, что если бы хотели, он бы и не очнулся вовсе, могучий огр сдался.
Увы, но огры оказались сродни лошадкам из Ергонии. Ошейники действовали на этого громилу, только скопом, когда оказались украшены и руки, и ноги огра, вместе с главным ошейником, обосновавшемся на могучей шее гиганта. Я заподозрил, что огр является такой же бродячей батарейкой и на свой страх и риск, после применения заклинания тайны леса четвёртого уровня, которое убрало все повреждения на теле огра, и видя, в каком плачевном состоянии находится энергетическая составляющая этого большого существа, как в своё время действовал с алтарями, призывая их к жизни, перекачал силы и манну из накопителя в тело огра.
А сам на этой весёлой ноте провалился в спасительный сон.
…Поднял меня, ближе к вечеру, умопомрачительный запах свежего шашлыка.
-…Я даже не скажу, что меня так тянуло в этот поход. Зов. Я чувствовал, что меня зовут, и противостоять этому не мог. – Ку, под шашлычок, неспешно поведывал нам историю своего необычного путешествия – Всё началось, как сошёл снег, вот тогда и предпринял я это путешествие. Пришлось сбежать из дому. Подорожной нет и взять её негде. В городе выдают документы только тем, кто идёт устраиваться в охрану Императора. Мой отец и дед с братьями – все там. Дед, правда, пропал, говорят. Но где пропал, никто не знает, да и давно это было. Я ещё и не родился тогда. Бабка говорила, что я лицом вылитый дед в молодости.
– Так что тебя сюда затянуло? – спросил Хэрн, засовывая в рот очередной кусок сочной собачатины.
– Сам не пойму. Как марево в глазах и разуме, но понимал, что идти дорогами нельзя.
– А тут, что, твой зов пропал? – задал вопрос, неожиданно забеспокоившийся, Хэрн.
– Как собаки напали, так и пропал. Сразу себя вспомнил.
– Так сколько ты в таком полусонном состоянии находился?
Огр пожал своими огромными плечами.
– Декады три, не меньше. Я жил раньше в провинции Куале это на востоке отсюда.