Я была готова к очередным выяснениям отношений, а вместо этого получила в свое распоряжение невозмутимого Артема. Это обескураживает, сбивает с толку. Как всегда, с ним все не так, как ожидалось. Невыносимый!
Заходим в несколько магазинов, пока я не нахожу то, что хотела. Покупаю и уже готова покинуть это место, но тут взгляд цепляется за симпатичное платьишко на манекене. Белое с большими глазастыми божьими коровками. Хочу такое для дочери. Пока рассматриваю его, пока узнаю насчет размера, Артем выпадает из поля зрения.
Обернувшись, обнаруживаю его у входа в магазин. С детским креслом.
Скрипнув зубами,иду к нему, ведя Олеську за руку.
– Зачем ты его купил? Мы сейчас...
– Никаких такси, - произносит с такой интонацией, что сомнений не остается. Он настроен серьезно,и его не переубедить.
Черт! Да зачем ему все это надо? Градус внутреңнего напряжения подскакивает сразу на несколько делений, хочу уже сказать, что ни ему решать, что и как мы будем делать. В этот момент Зорин улыбается,той самой белозубой мальчишечьей улыбкой, от которой у меня крышу срывало:
– Олесь, эти божьи коровки на тебя похожи!
Невольно опускаю взгляд на платье, которое сжимаю в руке.
Так и есть, похожи. Такие же глазастенькие, со смешными щечками.
Падаю с обрыва, в очередной раз разлетаясь на осколки.
Его слова гасят мои порывы, усмиряют моих демонов. Просто стою и смотрю на нeго, не в силах отвернуться. Выражение зеленых любимых глаз меняется, обжигая горячим пламенем. Он перестает улыбаться, замолкает, а потом тихо, напряженно произносит:
– Кристин.
..
– Не надо, - чуть дыша, - не надо, Тем... Я... Нам еще нужно за продуктами.
Перевожу разговор совсем в другую сторону, подальше от опасной темы, подальше от того безумного притяжения, пульсирующего между нами.
Это все пустое.
Не нужное.
Потому что за этими взглядами начинаешь забывать о главном. О том, что у меня на руках нежеланное потомство. О том, что этот ребенок ему был не нужен. О том, как он настойчиво гнал меня на аборт.
Ледяная броня, которая начала было крошиться, отступать,треcкаться, снова смыкается.
В очередной раз задаю себе вопрос. Зачем ему все это надо?
Покупаю еду,и мы торопливо покидаем торговый центр, не желая находиться в толпе. Пока Зорин приделывает кресло, стою рядом с машиной, наблюдая за ним. Невольно думаю о том, каким бы он был отцом для дочки, если бы вcе сложилось иначе, если бы мы по-прежнему были вместе. Тоскливо до невозможности, горько. Снова в последний момент ловлю слезы.
