Жанр
Бывший майор Лешина, прозванный Лешим, оказался в центре конфликта после службы в «горячих точках». Между ним и другими фигурами, такими как Горбунов и Голиков, разворачивается игра на выживание и предательство. Интрига связана с военным прошлым и тяжелым опытом.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Нас воспитала война»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Бывший майор Лешина, прозванный Лешим, оказался в центре конфликта после службы в «горячих точках». Между ним и другими фигурами, такими как Горбунов и Голиков, разворачивается игра на выживание и предательство. Интрига связана с военным прошлым и тяжелым опытом.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Александрович Тамоников Легкое чтение Боевики Детективы подборки серии
Бывший майор Лешина, прозванный Лешим, оказался в центре конфликта после службы в «горячих точках». Между ним и другими фигурами, такими как Горбунов и Голиков, разворачивается игра на выживание и предательство. Интрига связана с военным прошлым и тяжелым опытом.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Изменилась сильно, годы берут свое, помнишь, как гоняла нас?
— Еще бы! И мужа ее, Сергея Матвеевича, физрука, тоже очень хорошо помню.
— Да, хороший был мужик.
— Согласен. Может, пока по кофе? — предложил Боб.
— Перед водкой? Зачем? — удивился Леший.
Бабичев посмотрел на часы, поднялся.
— Поехали, Леший? Татьяна все делает быстро, а то мне здесь еще найдут работу. До утра не уйдешь.
— Как скажешь, гражданин начальник.
— Брось эти штучки, Володя!
Подполковник вызвал машину, и они спустились на улицу. Выехали на самый край поселка, в своеобразный микрорайон, где вдоль приличной асфальтированной дороги стояли стройными рядами двух— и трехэтажные особнячки.
— Новый район? — спросил Лешин.
— Да. Элитный, скажем так, в рамках райцентра, разумеется, — довольно улыбнулся Бабичев. — А вот справа и мой «шалаш», черепичная крыша, видишь?
Машина остановилась перед двухэтажным домом, обнесенным кованой чугунной оградой, с постовым милиционером возле ворот.
Владимир с Николаем вышли из «Волги». Лешин с удивлением рассматривал то, что его друг назвал «шалашом».
— Боб! И эти хоромы — твои?
— Не угадал, Леший! Хоромы казенные, но с правом последующего выкупа. Одним словом: будем служить исправно — будут наши! — рассмеялся Бабичев. — Да ты проходи!
Войдя в кабинет Боба, Лешин обомлел: одна из стен, словно иконостас, была увешана почетными грамотами, дипломами, наградными листами в аккуратных рамочках; рядом были и сами награды: бесчисленные юбилейные медали вокруг ордена Красной Звезды. Бабичев перехватил удивленный взгляд Лешего и отнес изумление друга на счет красавца ордена.
— Это за поимку особо опасного преступника, — пояснил Боб. — По горячим следам, так сказать.
— Поздравляю, — машинально произнес Леший, успев подумать при этом: «Надо же! Перед самым отъездом свои цацки перебирал, а про грамоты так и не вспомнил — остались они в тех далеких горах, в той далекой станице, где стоит обшарпанный войной дом, а в доме — тумбочка, а в той тумбочке — мои грамоты. Туда им и дорога — пусть достанутся местной ребятне на память».
Другая стена кабинета была хранительницей более предметных наград, вернее, подарков: от хрустальных ваз до 20-литровой бутылки коньяка в виде «Царь-пушки». И везде виньеточные надписи: «С Днем рождения» или «…милиции».
— Да брось ты, Володя, эту сусальную красоту разглядывать! — хлопнул друга по плечу Бабичев. — Я тебе другое покажу.
Хозяин снял с книжной полки увесистую книгу в твердом переплете и протянул Лешему.
На пороге появилась Татьяна.
— Здравствуй, гость дорогой, рада тебя видеть, Володя!
— Привет, Таня, ты все хорошеешь, — стандартно приветствовал женщину Владимир.
— Как видишь. Проходите, у меня все готово.
