Автор
В окружении родных суеты и беспокойства, Саша чувствует себя необычайно спокоен. Он знает, что это временная драматичность на фоне будущего изменения в их жизни: его наш папа — прокурор, решительный и строгий, но всегда готовый помочь. Атмосфера напряжена, но надежда тихо звучит внутри Сашы, а любовь к семье – это нечто большее, чем просто усталость или тревожность....
– Ты сейчас к Саше поедешь, будешь у нее. Я не хочу оставлять ее одну, а самому надо срочно быть в другом месте. Поняла?
– Да, – полушепотом.
– Отлично. Ты сама, смотрю, паникерша. Давай, успокаивайся. Я тебя ни в чем не обвиняю. От тебя сейчас надо, чтобы ты успокоила Сашу. Пусть она спокойно заблокирует все счета. И ничего не делает больше. Я приеду, как освобожусь. Мы с вами все обсудим еще раз.
– Хорошо, Юрий Александрович.
Закатываю глаза.
– Боишься меня? – Глаза округляются и становятся еще больше. Боится.
Я высаживаю Сару у клиники, сам не захожу. Надо было бы, но мне ещё до аэропорта добираться. Снова набираю Сашу.
– Алло, привет.
– Ну что, как ты?
– Все нормально.
– Да? Заблокировала?
– Да. Мне сами с банка позвонили и сказали, что у меня пытаются снять деньги.
Сами? С банка? Когда что-то не так нахрен все блокируется в автомате.
– И что?
– Мне код прислали, я подтвердила и все заблокировали.
Я молча сглатываю. У меня таких дел через раз. Схема одна и та жа. Если я ей сейчас скажу, то..
– Ты чего молчишь?
Или обмануть, а потом как-то разрулить.
– Юра, ты чего молчишь?
– Сара пришла?
– Да, вот только зашла, а что? А ты где?
– У меня дело срочное, Саша. Я позже приеду.
Подожди.
Черт. Я должен был находится рядом с ней. Должен был, мать твою, чтобы она не сделала этой ошибки.
– Юра, я не поняла. Мне смс пришло, что деньги сняли.
Ну, теперь уже нечего скрывать.
– Саш, это не банк тебе звонил.
– А кто?
– Мошенники.
– Мне банк звонил.
– Все это ограбление инсценировано было, чтобы ты клюнула на уловку условного банка. Банки не звонят. Банки сразу блокируют подозрительные платежи.
– Нет, – рыдает в трубку, – ну, нет... Ты же сказал, позвонить.
– Ты должна была позвонить.
– Папа, – плач переходит в вой.
– Саш, успокойся, это всего лишь деньги.
– Это мои деньги, мои и папы. Не ее.
– Сашуль, послушай. Это всего лишь деньги. Ты жива, здорова, наши дети тоже. Да хрен с ними. Пусть подавится, мне главное, что с тобой все в порядке.
– Со мной не все в порядке. Я на что жить буду?
Выдыхаю, успокаиваясь.
– Я когда тебя замуж звал, соизмерял, что мне надо будет содержать тебя и троих детей. На деньги твоего отца я не рассчитывал. Поэтому нам всего хватит. Слышишь меня? Я попытаюсь их вернуть, но не переживай ты так за это.
– Это из-за меня все.
