Автор
В окружении родных суеты и беспокойства, Саша чувствует себя необычайно спокоен. Он знает, что это временная драматичность на фоне будущего изменения в их жизни: его наш папа — прокурор, решительный и строгий, но всегда готовый помочь. Атмосфера напряжена, но надежда тихо звучит внутри Сашы, а любовь к семье – это нечто большее, чем просто усталость или тревожность....
Я не знаю, чувствует ли он это, но я крепче сжимаю его руку, опираясь. Если бы он сейчас просто меня обнял, я бы не оттолкнула даже. Так не хватает объятий, поцелуев, кого-то родного и уже знакомого рядом, что иногда сносит крышу и приходится обниматься с котом.
– Спасибо, – быстро киваю, отпускаю его руку. Хочу скорее сбежать отсюда.
– Тебя проводить?
– Не надо, я сама.
Захлопывает дверь.
– Я уточню про твой вопрос, перезвоню. – Киваю. – У тебя тот же номер? – Киваю. – Дрожь волнами пробирается под кожей.
– Пока, – все, что могу выдавить и ухожу. А Домбровский как будто уже и не опаздывает.
– Саш, – зовет по-родному в спину, я оборачиваюсь – если что-то еще надо, обращайся.
Домбровский сексуально опирается на открытую дверцу, улыбается мне. Боже, со спины, я наверное, как бегемотиха. Смешно ему.
– И что ты прям ночью привезешь селедку с апельсинами, если надо? – Его безупречность на фоне моей неуклюжести не к добру.
– Привезу, если больше некому.
Привезет он…
– А тебя отпустят?
Смотрим друг другу в глаза. Бровью ведет и не понимает.
– А кто мне запретит? – Пожимаю плечами и захожу в подъезд.
– А кто ему запретит?
Захожу в квартиру и дублирую последние слова прокурора Ахиллу. Быстро разуваюсь и иду к окну, проверяю уехал ли. Уехал. Романтика, когда ждал под окнами, чтобы помахать, прошла.
Мою руки, быстро переодеваюсь и ложусь на кровать. Устала.
Кот запрыгивает и ложится рядом.
– Хотела я ему ответить, Ахилл, но с прокурорами спорить бесполезно. – Шумно выдыхаю.
Ахилл не хочет, чтобы я раздражалась, ластится, трется об меня, успокаивает.
– Ахилл, ты чего? Соскучился?
Чешу ему шею и за ушком.
– Подвез меня сегодня до дома, как раньше. Сам предложил. Зачем, так и не поняла, но ничего не рассказывала. У него как будто другая девушка теперь. Но спросить напрямую я постеснялась. Не хотелось выглядеть неудачницей. Он не изменился.
Ахилл ложится рядом. Нюхает опять живот.
– Что думаешь?
– Мау.
– Мау, – повторяю за котом. – Надо Онеже позвонить и все узнать.
– Привет, неваляшка, как ты? – отзывается веселый голос подружки.
– Я скорее Валяшка, – смеюсь в ответ, – если ложусь, потом еле встаю.
– Так отдыхай.
– Онеж… я передумала. Расскажи мне, как вы пообедали с Юрой.
– Ого, так… Он вернулся, перевелся в другое отделение или как там называется его работа. На должность ниже, чем была.
