Автор
В ночной севере город внезапно оживает: светлые вывески надежды на душистую выпечку необычного магазина «Плюшка и Ватрушка» привлекают Ивана. Он стойко стоит у обочины, а затем решается войти в странную кондитерскую, где ожидает его тайна и загадка. Встреча с Давидом, который требует немедленного прибытия к месту, лишь усиливает необычность этой ночи....
Сердце учащенно бьется, движения становятся рассеянными. Я отставляю тарелку с десертом в сторону. Да, в мечтах представлялось, что мужчина у меня будет один-единственный. На всю жизнь.
— Чемодан с одеждой мне помогала собрать… подруга, — зачем-то поясняю Ивану. — Это ее вещи.
— Подруге привет. И личная от меня благодарность.
— Я уже «поблагодарила», — недовольно ворчу в ответ."
"За столом воцаряется молчание. Порой кажется, что у нас с Иваном нет и не будет общих тем. Посторонние люди. Даже удивительно, что мы иногда о чем-то разговариваем.
— Можем заехать в торговый центр, — вдруг предлагает он. — Подберешь себе комфортную одежду. И куртку.
— Куртку?.
— Ты говорила, что оставила ее дома. Завтра я планирую взять тебя покататься на лыжах. Она пригодится.
Ничего не остается делать, кроме как согласно кивнуть. Я хочу на лыжи, очень хочу. В этой поездке все ново и интересно. К счастью, я взяла с собой немного денег.
Закончив с обедом, мы едем в ближайший торговый центр. В дороге мой взгляд снова прикован к окну.
В торговом центре полно магазинов. Я сразу же присматриваю флисовую кофту на замке и привычной модели свитер. Торопливо иду в сторону примерочной, прекрасно зная, как сильно мужчины не любят ходить по магазинам. Костя точно не любил! Доходило до смешного. Когда я долго выбирала, он соглашался на все, что бы я ни показала, лишь бы поскорее уйти.
— Я определилась, — сообщаю Ивану.
— Почему не показалась? — спрашивает он, скрестив руки на груди и опираясь спиной о стену.
— Подумала, что тебе неинтересно.
— Много думаешь, Златовласка.
Закатив глаза, я иду на кассу и достаю кошелек. Пока вожусь с наличкой, Иван, обворожительно улыбаясь продавцу, протягивает свою карту.
«Не смей», — будто говорит он.
Я прикусываю язык, позволяю Северову забрать из рук покупки. По коже пробегает северный холод.
